Книга Сделка с врагом. Ответ на измену, страница 7 – Рина Беж

— Зачем вы меня сюда притащили, Владислав? — игнорирую его вопросы и задаю свой.

Стараюсь говорить ровно и не выказывать испуга. Но тот, как возник в момент, когда ненормальный схватил меня и занес в пустующую палату, так лишь сильнее возрастает:

Для нервов есть повод. Компаньон моего мужа, явно не намеревается меня отпускать. Холодно усмехнувшись, он захлопывает дверь и неторопливо дважды проворачивает рычаг личины, запирая её.

— Тебя разве не учили, что отвечать вопросом на вопрос — некультурно? — хмыкает.

На губах, как ядовитая змея, проскальзывает и исчезает холодная усмешка, а темные глаза прищуриваются. И пусть руки мужчины убраны в карманы брюк, кажется, будто он меня лапает.

Нагло. Самоуверенно.

Сглатываю и сильнее сжимаю челюсти. При Романе Измайлов никогда себе подобного не позволял. А сейчас... разошелся.

Хочется исчезнуть и как минимум помыться.

Но для начала выйти в коридор. А еще не показать страха.

Да, я не собираюсь его бояться. Не буду, пусть он и старается меня напугать.

-Я приехала к мужу, который попал в аварию, — решаю не припираться, растягивая время, а дать ответы в надежде, что меня после этого отпустят — Привезла сменные вещи.

Дергаю рукой, привлекая внимание к бумажному пакету с чистой одеждой.

— А кто тебе сказал, что Рома в этой больнице? — следует новый вопрос.

Бесит, что по сути малознакомый человек устраивает форменный допрос и ведет себя со мной нагло и самоуверенно, но после выходки мужа, мало чему удивляюсь.

Похоже, каков Зотов, таковы и дружки. А то, что за два года этого не смогла распознать, только мой просчет.

— Увидела репортаж по телевидению. Там же узнала адрес лечебного заведения куда повезли пострадавших, — произношу почти ровно, глубоко вдохнув и выдохнув.

Нужно успокоиться и не трястись, а дыхательная гимнастика для этого случая —самое оно. Еще один глубокий вдох и медленный долгий выдох.

То, что мои действия меня успокаивают, а Измайлова, наоборот, бодрят, понимаю, словив его жадный взгляд, зависший на уровне моей груди.

Не смотрят так жадно на жен своих друзей. Не облизывают и не раздевают их плотоядным взглядом.

И ладно бы выпячивала. Была в провокационной майке или чем-то облегающем.

Так нет. Блузка, сверху пиджак. Всё прилично.

Становится неприятно. По коже проносятся ледяные мурашки. Лишь усилием воли заставляю себя не передернуть плечами и не прикрыться. Подобное хамство угнетает и коробит:

Охреневший нахал.

Нет, я понимаю, что бог меня, как говорится, грудью не обидел. Полновесная троечка, своя, родная, упругая, красивая. Но борзеть-то не надо.

Не из лесу небось выполз. Вот и держи глаза на привязи!

— Выпустите меня, — вскидываю подбородок, чтобы выглядеть уверенной и независимой. — Я хочу встретиться с мужем, а не терять время... с вами.

Усмехается, но не весело, а как-то пакостно, будто что-то решив.

Жду, что отойдет, но он остается на месте.

— Ты разве не заметила, что он... немного занят? — выдает в итоге.

«Ну да, признается в любви своей любовнице и вашей сестре по совместительству, вылизывая ей рот. Видела», - произношу мысленно, в слух же озвучиваю иное.

— Я не буду обсуждать это с вами.

Демонстративно не реагирую на «ты»-чки и обращаюсь к Измайлову, как к постороннему. Им он собственно и является.