Книга Клуб инженерных решений, страница 2 – Хаинц

В отличие от некоторых других школ, подобный фестиваль проводился не до начала учебного года, а некоторое время после. Это давало клубам возможность как следует подготовиться и придумать что-нибудь действительно впечатляющее. Каждый клуб показывал что-то свое: спортивные проводили показательные выступления, научные демонстрировали эксперименты, творческие устраивали выставки и представления. В прошлом году «клуб экспериментальной кулинарии» произвел фурор, создав съедобную копию школьного здания в натуральную величину (правда, только фасада), а «общество любителей головоломок» организовало квест-комнату, из которой даже учителя не могли выбраться без подсказок.

Школа, в основном руками студсовета, добавляла к этому калейдоскопу различные конкурсы и состязания. От традиционных спортивных эстафет до совершенно безумных соревнований вроде «кто быстрее соберет падающие листья сакуры, стоя на одной ноге» или «конкурса на самое эффективное использование школьной швабры не по назначению». В этом году обещали что-то особенное, хотя превзойти прошлогодний «турнир по синхронному решению квадратных уравнений в космических костюмах» было бы непросто.

Чтобы разместить все это великолепие, требовалось задействовать каждый квадратный метр школьной территории, включая спортзал. За его украшение как раз и оказалась ответственной Томоэ. И конечно же, она не смогла, да и особо не захотела остановить крайне деловую Амано Аманошиту, которая сходу полезла поправлять бумажные цветочные гирлянды. В конце концов, если уж «клуб любителей симметрии» собирался устроить в спортзале свою инсталляцию «Идеальный баланс хаоса», гирлянды действительно стоило повесить ровно.

Быстро раскрыв лестницу на полную, она поправила гирлянды вполне успешно, но на этом ее успехи и закончились. Будучи довольно миниатюрной, чтобы дотянуться до нужного места, ей пришлось встать ногами на самый верх лестницы и упереться руками в стену. А когда она начала спускаться, лестница стала пошатываться, и колебания все усиливались, заставляя Амано раскачиваться все сильнее и делать отчаянные попытки не упасть.

Ее лицо, до этого спокойное, начало быстро менять выражение, и на нем проступил, нет, не страх, как ожидала Томоэ, а стыд. Странная реакция даже озадачила саму Томоэ, забрав у той еще несколько лишних секунд на раздумья. Вообще-то, поскольку вокруг был спортзал, большой проблемы в падении с высоты не должно было быть. Недалеко были маты, за рядом больших резиновых мячей для йоги даже было какое-то полотнище. Если бы было время его схватить и растянуть, то все можно было без особых проблем успеть, но для этого надо было бы четко действовать и быстро командовать, на что никто из бывших в данный момент в спортзале людей не оказался способен.

Их местный школьный «железный человек», высокий и широкоплечий физрук, слишком темный для чистокровного японца, отсутствовал, а назначенная присматривать в том числе и за спортзалом учительница классической литературы как раз недавно отошла.

«Госпожа Серьезность» закачалась уже совсем сильно, и всем присутствующим было понятно, что ее падение — дело нескольких секунд. Томоэ и ее коллеги по несчастью украшения спортзала так и не успели ничего предпринять: в спортзал влетел парень среднего роста в мешковатой школьной форме, схватил один из матов, швырнул его куда-то недалеко от лестницы, подхватил самый большой из имеющихся мячей для йоги, около метра-метра двадцати в диаметре, и запустил его как можно ближе к верхушке лестницы. Причем, как отстраненно заметила Томоэ, еще и немного несимметрично.