Книга Миссия соблазнить, страница 69 – Ядвига Благосклонная

— Счастливчик всегда выигрывает. Но на него и много ставят. Не озолотишься, но точно не проиграешь!

— Что ты творишь? — подал голос мой соседушка. Судя по тону, он был весьма недоволен.

— Хочу поучаствовать в гонках.

Дима вздохнул, но перечить и отговаривать не стал. Пока не стал. Вероятно, потому что не знал, что про участие я говорила в самом что ни на есть прямом смысле.

Пока я отдирала от сердца кровно заработанные, Синицын уже что-то проверял под капотом, осматривал колеса, а потом и вовсе уселся за руль.

Стало быть, сбежать решил? Не-а, дорогой! Не получится!

— Все! Записал! — сказал мне Леша, а после промямлил, — Уль, может это… Как-нибудь… В общем…

Нет. Не пойму. Кому это Синицын там строчит в телефоне? Явно не мне.

— Да, «как-нибудь» и «в общем» — обязательно, Леха, — улыбнулась, после чего развернулась и стремглав помчалась к машине моей птички, оставляя позади себя робкого поклонника.

Ну ладно. Может, и не такого поклонника. Но он явно был ко мне неравнодушен, в отличие от некоторых наглых и гордых птиц!

Открыв дверь, нагло уселась своими прекрасными половинками на сиденье, закрыла дверь и с невозмутимым видом принялась ждать. Ждать долго не пришлось. Всего пару секунд, пока Синицын отходил от шока. Затем он возмущенно зашипел свою любимую песню:

— Фролова, что ты творишь?

— Я участвую в гонках.

Сказано — сделано.

— Выходи, — потребовал.

— Никуда я не пойду.

— Фролова, у меня сейчас нет времени с тобой вести дискуссию. Выходи, говорю, — процедил сквозь сжатые зубы.

— Никуда я не пойду! Я, между прочим, тебя сегодня ждала.

Черт! Надеюсь, что он не заметил обиду в моём голосе.

— Я бы обязательно пришел, как только закончились гонки.

— Конечно, — фыркнула. — Видимо, машины тебе важнее всего, Синицын.

— Важнее чего? — рявкнул и с психу ударил рукой по рулю, выругавшись. — Мать твою, ты сводишь меня с ума! Ты бесишься, потому что я не бегаю за тобой собачкой? Не приношу тапочки в зубах? Запомни, Фролова, — угрожающе наклонился ко мне, — я последний раз повторю тебе, что я не мальчик на побегушках. Не будет все, как ты себе возомнила. И я уж точно не собираюсь тешить твоё непомерное самолюбие, — он наклонился ещё ближе, и, открыв дверь, холодно изрек, — выходи.

Обиженно поджав губы, засопела, но вышла. Смерила его высокомерным взором и ядовито выплюнула:

— Конечно, ты же слишком горд для вот такой меня. Кто же тебе тогда нужен?

— Кто-нибудь кто не будет расценивать меня, как свою игрушку.

Фыркнув, хлопнула дверью.

Ах так! Не хочет ехать со мной! Да со мной… Со мной, Улькой Фроловой, кто угодно хочет! И поехать тоже!

Отойдя от машины, зло поцокала каблуками к другой, что стояла ближе всего. Открыла дверь и, обернувшись к Синице, расплылась в самодовольной улыбке и показала весьма красноречивый жест.

Он не ошибется — поймёт, что я имела в виду.

— Привет, — поприветствовала водителя.

— Привет, — несколько ошарашенно он кивнул.

Этого парня я ещё не видела. Должно быть, новенький. Ничегошный такой. Симпатичный. И уж явно любезней некоторых. Чтоб этим некоторым икалось днем и ночью!

— А я вот к тебе. Ты ведь не против компании? — и глазками хлоп-хлоп, чтобы точно не отказал.

— Как я могу быть против такой красотки? — прикусил губу, скользя по мне оценивающим взглядом. — Я даже победу тебе свою посвящу.