Книга Сердце пацана, страница 37 – Ядвига Благосклонная

— Сука! Маленькая дрянь! — согнувшись пополам, шипел Кощей немного в стороне от меня.

К кому он обращался я так и не понял, лишь обрывистый свист от шин донесся до моих ушей где-то вдалеке. Не имей я острый слух, и его бы не услышал.

Чувство тревоги заменил гнев. Но, к моему облегчению, здесь не оказалось светловолосой любительницы приключений.

— Я тебя найду, маленькая гадина, проучу и научу, как обращаться со взрослыми дядями, детка.

— Эй, Герыч, — окликнул меня уже Иван. — А мы… А мы только, что ту чику видели! — заржал. Он точно плохо соображал. — Прикинь, отшила нашего казанову местного разлива!

Картинки того, что с мышью сделали эти уроды, пронеслись перед глазами, как живые. Я никогда не жаловался на фантазию, и сейчас, совсем не к месту, она подкидывала самые хреновые варианты. Огонь вновь вспыхнул, и даже морозный ветер не мог его потушить.

— Сука! — уже выпрямился в полный рост Кощей.

— Уделала все-таки тебя принцесса, — с ехидным смешком сказал Дрон. Он был под впечатлением, а не как его дружок — под шмалью.

— Что вы с ней сделали? — глухо рыкнул.

Не услышав в моем тоне нотки агрессии, а может не обратив внимания, Кощей сквозь зубы проскрежетал:

— Ничего из того, что хотелось бы. Я помню про Мурчика и уговор.

— Так смачно подруга по яйцам зарядила. Странно, что не та ненормальная. Прям цербер, а не девчонка. Я бы с такой, ух! — шаловливо подмигнул Вано.

Догадаться не сложно о ком шла речь. О Фроловой и её тяжком характере ходили легенды. Я мрачно переводил глаза с одного на другого, решая кому разукрасить рожу первым.

— Гадина! — все не мог успокоиться Кощей.

— Да ты просто бесишься, что она тебя проморозила! — подначивал друга Дрон, с неприкрытой издевкой.

— Вот, увидишь, и месяца не пройдет, а малышка будет стонать подо мной!

— Уверен? — скептически приподнял брови Андрей.

Лицо полное непоколебимой решимости и самодовольства стало ответом.

— Тогда забьемся? — в глазах у Дрона плясали черники. Этому сукину сыну было мало!

— Легко!

— На тачку твою? — прищурился парень.

— Вообще без «б».

Тонкая ниточка, что держалась на волоске, оборвалась, как и мое терпение.

В два шага я преодолел расстояние между нами и налетел на Кощея. Ударом в лицо сбил его с ног. Такой поворот стал для него неожиданностью. Я наступил ему ногой на грудь, приковывая к земле.

— Только попробуй, тварь, — прорычал я.

— Чувак! Ты чего?! — испуганно потянул меня за плечо Дрон, но встретив мой предупреждающий взгляд полный ярости, осекся и поднял руки вверх. Свое смазливое лицо Дрон берег, как зеницу ока. Пес трусливый.

— Что, тоже приглянулась малышка? — ни разу не струсив, бросил с надменной ухмылкой Кощей. — Не волнуйся, Герыч, я не жадный. Поделюсь, если что, — подмигнул. Кровь текла по его губе, но парня это отнюдь не смущало.

— Тронешь ее, — наклонился к его лицу, — закопаю.

Это не слова на ветер и Кощей понял это сразу, отчего сглотнул. Мог ли я убить? Его мог.

— У-у, — взвыл он, прикидываясь дурачком, — как нам страшно. Это угроза или предупреждение? — произнес таким тоном, будто он школьница заигрывающая со своим престарелым преподавателем.

— Это факт, — сухо отрезал.

Он скривив губы, а я, отпустив его, развернулся и ушел прочь под тихое сопение мажора. В мою сторону он боялся так красноречиво выражаться, как в Бобрич.