Книга Оболтус, страница 53 – Ядвига Благосклонная

Согласен, заслужил.

— Лера, — точно побитый щенок, тащусь за ней, — поехали. Я тоже домой.

— Да неужели? — искренне удивляется. — Мне казалось, у тебя куча важных дел. Помацать сиськи бухгалтерши или нажраться, как свинья.

— Нет. Если хочешь, буду мацать только твои.

Фыркнув, она гордо задирает подбородок.

— Пожалуй, откажусь.

— А Лисину бы не отказала? — почему-то вырывается из меня.

Лера выгибает бровь, явно не понимая, что твориться в моей башке.

Блин. Я и сам не понимаю.

Зачем я вообще это ляпнул?!

Чертыхнувшись, бурчу:

— Пошли. Сегодня был тяжёлый день. Все равно домой еду.

Несколько секунд Лопушкова раздумывает, а может ждет подвоха, но я искренен. К слову, я и вчера действительно собирался за хлебом. Просто… Просто так вышло…

А ещё я реально чувствую себя хреново из-за всей этой ситуации.

— Ладно, — сдается она.

В машине едем в напряжении. Мне стоит извиниться. В конце концов, не настолько я говнюк, чтобы не признавать свои ошибки. Но одних слов мало. Это точно.

Я высаживаю Леру около общаги и под ее недоуменный взгляд, со словами:

— Скоро буду.

Отъезжаю.

И нет. Это не то, о чем вы подумали. Я не по бабам. И даже не в бар.

Поверить не могу, но еду в магазин. Денег у меня осталось немного, но, будь я проклят, если не заглажу свою вину.

Покупаю продукты, вроде рассыпного чая, моего любимого сыра, шоколада и, конечно же, французских булочек, затем заезжаю в цветочный магазин и выбираю хороший букет роз. Кладу, в специально купленный конверт, деньги, а затем возвращаюсь обратно в общагу.

Поднимаясь на этаж, ловлю на себе несколько заинтересованных взглядов зевак. Ещё бы! Может, я и потратил последние деньги, но какие-то там гвоздики дарить женщине не буду. Стыдно.

Подойдя к нашей двери, стучу, прикрывая свою бессовестную харю букетом.

Топот ног, поворот замка и…

— Ч-что?

— Сюрприз, — опускаю букет. — Это тебе. И это тоже, — вкладываю в её руку конверт.

Заношу пакеты с едой и ставлю на стол.

— Что происходит?

У нее настолько ошарашенное лицо, как будто увидела пришельца. Впрочем, судя по моему поведению, так и есть.

— Почему ты мне не сказала, что отдала деньги?

Она понимающе усмехается и парирует:

— А должна была?

Ответ очевиден. Не должна. Это я должен был помнить.

Неловко покусывая губу, сажусь на стул.

— Лер, ты прости меня, — набираю побольше воздуха в легкие. Блин. Я ожидал, что будет легче. — Я не должен был так себя вести. И особенно по отношению к тебе. Спасибо, что вчера заступилась за меня, что не сдала отцу, хотя имела полное право.

— Я хотела, — неожиданно признается.

— Тогда почему не сдала?

— Не знаю. Я так устала, что просто хотела домой, а не очередных разборок.

— Мир? Обещаю, что постараюсь себя контролировать.

И пусть совершенно по-детски, но я протягиваю ей мизинец. Со смешком, Лера протягивает свой.

— Знаешь, Зайцев, когда ты оставил меня у подъезда, я себе поклялась, что если ты не вернёшься к ночи, то точно тебя сдам.

— Получается, я ходил по тонкому льду?

— Думаю, ты всегда по нему ходишь.

Поставив букет на пол, она берет вазу и идёт наливать воду, после чего ставит цветы на стол.

Пожалуй, тут им и самое место. Чтоб Сэм увидел. Зачем? Без понятия. Спросите у меня что-нибудь полегче.

— Боже, Зайцев, — заглядывает в пакет, — что ты набрал?