Книга Миссия: разлюбить засранца, страница 77 – Ядвига Благосклонная

— Черт, малыш, поверить не могу, что ты меня сделала! — громко восклицает мажор, когда Нина его с легкостью обыгрывает.

— Умей проигрывать достойно, малыш, — парирует Нина, пряча стопку наличных в сумочку.

— Браво, Утка! — громко возкликает непонятно откуда свалившейся Герасимов. — А меня тоже сможешь обыграть?

С лица Нины сходит все веселье. О, очевидно, портить настроение у них общая с Долматовым черта. Как говорится, скажи кто твой друг…

— На сегодня мне достаточно, — холодно отрезает Нина.

— Значит, струсила? — вызывающе улыбаясь, кидает Герасимов.

Я искренне удивляюсь, когда Нина с горящими глазами принимает вызов.

— Давай сыграем, Герасимов, только потом не плачь!

Толпа взрывается свистами и смехом, подначивая соперников «надрать задницы». Ожидаемо, девчонки в комнате за Нину, а парни за Герасимова.

Приготовившись к игре, Уткина по-деловому спрашивает:

— Кто начинает?

— Дамы вперед!

Игра начинается. И, черт возьми, как я не заметила этого раньше? Да Герасимов же глаз не сводит с Уткиной. Клянусь, у парня, когда она наклоняется забить шар, слюна капает на пол. А еще он ревностно отгоняет всех, кто хочет приблизиться хоть на метр к Нине. Конечно, Герасимов не заявляет об этом во всеуслышание, но оттесняет всех своей мощной фигурой, и постоянно крутится возле девушки. Он что, втюрился в нее? Я чего-то не знаю…?

Нина проигрывает, и я, признаться, расстроена. Мне искренне хотелось, чтобы хоть кто-то сбил корону с головы этого парня. Но она там, похоже, намертво приклеена. Мне не слышно, о чем они говорят после игры, из-за шума толпы, но парочка подозрительно близко стоит к друг другу.

Гомон одной толпы может перебить только гомон другой. В один момент раздаются крики со двора, и вся толпа вываливается на двор, чтобы узреть новое зрелище.

Ну и я в том числе, только вот я точно не ожидала, что стану участницей драмы, но обо всем по-порядку.

Вылетев во двор, я замечаю Королеву и Долматова в самой центре толпы.

Айдар выглядит так, словно предпочел бы сейчас танцевать на горящих углях, чем выяснять с ней отношения.

— Дар, я видела как ты целовался с этой дрянью! — вопит Каролина, тыкая наманикюренным пальцем ему в грудь.

Господи, пожалуйста, пусть это будет не обо мне! Но, разумеется, мои молитвы не услышаны.

— И что с того? — вместо оправданий кидает, хмыкая.

— А с того, что мы вместе!

— Вместе?

Кажется, удивляются все. Ну потому что все знают, что они давно не вместе. Королева что, живет в своем выдуманном мире?!

Каролина понимает, что в порыве злости сболтнула глупость и испуганно застывает, но бомба уже запущена.

— То, что мы несколько раз переспали не делает нас парой, Каролина. Я бы и рад сказать тебе это наедине, чтобы поберечь твое самолюбие, но ты сама захотела драмы. Скажи мне, с чего ты взяла эту чушь?

Королева понимает свою оплошность, но при этом, сгорая от стыда, решает идти до самого конца.

— Мы вместе танцуем вальс.

— Разве? — хищно блеснув глазами, переспрашивает. Он медленно обводит толпу глазами, пока не останавливается на мне и не заявляет: — вот — моя партнера по вальсу, Каролина, — и рукой указывает на меня.

Что, простите?

Да они оба рехнулись, что ли?! Мой партнер — это Резников! Очевидно, на этой вечеринке была какая-то запрещенка.