Онлайн книга «Собственность заключенного»
|
Целует меня… Вертится на языке, но я проглатываю эти слова. — Договаривай, пташка. Что я, ммм? — Сам руки распускаешь! Выпаливаю это и, конечно же, сразу стыдливо отвожу глаза, потому что прекрасно помню, как сама жалась к нему, как была не против этих наглых рук на мне. И Дамир помнит. На его губах расплывается кривая ухмылка. Он окидывает меня оценивающим взглядом и язвительно замечает: — Не помню, чтобы ты сопротивлялась. Чувствую, как щеки опаляет румянец. Отворачиваюсь, потому что не могу выносить эту его самодовольную рожу. Козел! Вот он кто! — Я видела фото, Дамир, — стальным голосом отрезаю. — Это бесчестно с твоей стороны. Зачем тебе я? Боковым зрением улавливаю, как мужчина лениво подходит ко мне, сокращая между нами дистанцию. Не прикасается, но подходит настолько близко, что я чувствую жар исходящий от его тела. — Какая же ты наивная, пташка, — с горечью произносит. — Я действительно ограбил банк из-за девушки, — он выдерживает паузу в несколько секунд, чтобы затем добить откровением: — но эта девушка — моя сестра. Ч-что? — Но те фото… Собственно, а что я видела на тех фото? Как Дамир обнимал какую-то девушку? Проклятье! Он неожиданно лезет в карман своих тюремных штанов, достает оттуда маленький квадратик и протягивает мне. Несмело беру его в руки, рассматривая. Это фото размером три на четыре. На нем изображена юная девушка, так похожая на ту, которую мне показывал Захар… Хитрый лис сыграл на моей наивности и доверчивости. И теперь я чувствую себя круглой идиоткой. Ведь если присмотреться между Дамиром и девушкой на фото есть определенное сходство. Упрямая линия подбородка, ровный нос и серые глаза. — Она… — силюсь произнести, но в горле застрял комок. Сглотнув, выдавливаю: — она выздоровела? Ей помогли? — Вряд-ли ее можно назвать абсолютно здоровой. Пересадка почки это на всю жизнь, но ей лучше. Между нами повисает напряженное молчание. Мне стыдно за свою истерику. О чем же думает Бахметов для меня загадка. По крайне мере по его лицу невозможно ничего прочесть. Он для меня как был так и остается закрытой книгой. И ведь обещала себе не романтизировать преступника! Обещала не оправдывать, но… Разве бы я не сделала в момент отчаяния такого ради своего близкого? Горе стирает границы. — Что тебе пообещал Захар за меня? Впрочем, не отвечай. Я знаю. Свободу. Дамир поворачивает меня к себе лицом за руку. Приподнимает подбородок двумя пальцами, заставляя на него посмотреть. Серые глаза прожигают насквозь. Он смотрит так, словно знает все мои секреты. Дает понять, что у меня ничего не получится скрыть. — Ты согласилась, пташка? Только честно, — в его голосе отчетливо слышится угроза. Солгать сейчас будет опрометчиво. Да и не хочется мне, честно говоря. — Нет, не согласилась. Он дал время подумать до завтра. — Чтобы ты ответила? — требует ответа, но я крепко сжимаю губы, не зная что сказать. В моей голове полная каша. Я уже не различаю зло и добро, правду ото лжи, игры от жизни. Все смешалось воедино. И посреди всех интриг стою — я, неопытная журналистка, вчерашняя студентка. — Что бы ты ответила? — настойчиво повторяет вопрос. — Не знаю! — истерично выкрикиваю, отталкивая Дамира от себя. — Ты не оставляешь мне выбора! Держишь взаперти, ничего не говоришь! Что я, по-твоему, должна делать? Ждать пока ты соизволишь отпустить меня? Пока наиграешься? А что потом? Отдашь остальным зэкам на потеху? |