Онлайн книга «Школьный вальс»
|
Прикусив губу, настороженно кошусь на Горгулью. Та отчитывает Воронину, которая не может решить реакцию. Опустив руки под парту, не мешкая разворачиваю записку. «Не пались. Я исправил тогда наши оценки» Исправил? Но мы же тогда даже не… Что «не»? Не держались за руки? Не ходили в кино? Не переписывались по вечерам, чтобы это ни значило. В общем, мы тогда практически не общались. Почему Арсен исправил мои оценки? Мне казалось, Герасимов терпеть меня не может. Особенно, учитывая его мерзкое поведение в столовой. Я едва досиживаю до конца урока, и когда наконец звенит звонок буквально за секунду скидываю вещи в рюкзак, вскакиваю со стула и несусь к выходу, ожидая в коридоре Герасимова. Он, к слову, не спешит. Перекидывается плоскими шутками с Долматовым и Грачевым, собирая вещи. Засранец специально тянет время? Ведь наверняка знает, что я его тут жду! Да я сейчас умру от любопытства! Первыми выходят Грачев и Долматов, при виде меня Айдар ухмыляется и заговорчески мне подмигивает. Толкаясь локтями и шушукаясь, они с Грачевым идут к лестнице. От нетерпения я постукиваю ногой. И где он? Герасимов выходит через минуту. Не один, а под ручку с Ворониной, которая что-то щебечет ему на ушко, противно хихикая. Вот гадина! — Лена, я же сказал — у меня сейчас не получается… — Арс, — девушка на него смотрит, капризно надувая губы: — не будь таким букой! Арс? Какого черта?! Его так только близкие друзья могут называть! И…букой? Сколько этой девушке лет? Пять? Я пыхчу и, пожалуй, впервые в жизни мне хочется вцепиться девчонке в волосы и протащить за них по полу. Обязательно стоять так близко к Герасимову и пихать ему в лицо свою грудь? — Слушай, я правда… — Герасимов! — рявкаю я. Парочка на мой голос оборачивается. Воронина высокомерно выгибает бровь, а Арсен выглядит смущенным. Смиряю засранца взглядом, стискивая от злости зубы. — Надо поговорить. — Уткина, ты уверена что тебе с Арсом нужно поговорить? — Уверена. А ты не понимаешь слова «нет»? Или тебе объяснить его значение? — язвительно спрашиваю, намекая на отказ парня, который она явно не хочет принимать. Лицо девушки вспыхивает не то ли от смущения, не то ли от гнева. Воронина кривит лицо, буквально выплевывая: — Не твое дело, Уткина! Учила свои книжечки, вот и учи дальше! — Тебя забыла спросить, что мне делать! — А может, если бы спросила… — Так, девушки, — встает Герасимов между нами, вытягивая руки в стороны, — спокойно! Лена, я тебе уже ответил. Нина, пойдем. Арс подхватывает меня под руку и буквально тащит по коридору. Да-да, я назвала Герасимова его сокращенным именем. Клянусь, я чувствую прожигающий взгляд Ворониной нам в спины, и едва удерживаюсь, чтобы не повернуться и не показать ей язык. Так ей и надо, гадине! Мы отходим в дальнее местечко у окна, где нет учеников. Арсен поворачивает меня за плечи к себе лицом, прислоняется к подоконнику и кивает, мол, готов слушать. — О чем ты хотела поговорить? — А ты как будто не знаешь, — хмыкаю, складывая руки на груди. Герасимов между тем продолжает разыгрывать недоумение. — Ты исправил мои оценки. Зачем? — Разве не за этим ты тогда пришла? — Да, за этим, но… — прикусываю губу, — но Горгулья сказала, что даст исправить. Ты же сам слышал. — Она сказала, что ничего не обещает, — напоминает. — Сейчас у тебя точно перекрылись эти двойки. Кто знает, что бы ей пришло в голову? Вообще-то, я думал, ты собираешься меня поблагодарить, — рука Арсена смело опускается на мою талию. |