Книга Ошибочка вышла, страница 64 – Ядвига Благосклонная

Тима видеть не хотела. Полагаю, у него и без меня дел невпроворот. Например, трахать всяких длинноногих сиськастых сучек. Уверена, он не скучает. Впрочем, мне нет до него никакого дела.

Ближе к концу смены у меня зазвонил телефон, благо, посетителей не было, и я могла спокойно ответить. Посмотрев на экран, прикусила губу в раздумье.

Звонила мама. Очевидно, она немного остыла, в противном случае и близко не подошла бы к телефону, но будет ли она в очередной раз меня упрекать или же, напротив, сделает вид, словно ничего не произошло?

Я еще раз с сомнением покосилась на телефон, а после, вздохнув, пробубнила:

— Будь что будет, — и сняла трубку. — Да?

— Яна, привет.

— Кхм, здравствуй, — пропищала волнительным голосом.

Мать несколько секунд подбирала слова, будто не зная, с чего начать.

Я впервые ее такой видела, и стоило мне только понадеяться, что родители в кои-то веки увидели во мне самостоятельную девушку, как мама сказала:

— Хлебнула взрослой жизни? Увидела, что это такое? А теперь давай домой! Наверняка уже неделю не ешь ничего…

Не сдержавшись, фыркнула.

— Да, хлебнула, — настойчиво изрекла, — и собираюсь еще хлебнуть. Устроилась вот на работу и прекрасно себя чувствую, — язвительно заметила.

По частым вздохам матери я могла определить, что она была в бешенстве. Полагаю, она не ожидала от меня таких слов.

— Какая работа?! — воскликнула возмущенно. — Ты же учишься!

— Да, учусь, — спокойно подтвердила, между тем осматривая маникюр, — и работаю, — добавила.

— И что ты намерена делать дальше? — резким тоном выплюнула она.

— То же, что и все. Становиться самостоятельной, возможно, заведу себе парня и, было бы неплохо, собаку. Потихоньку буду учиться, потом займусь карьерой, а после выйду замуж и рожу маленьких девочек и мальчиков.

Я буквально ощущала, как мамины руки тряслись, а вместо привычной холодности и расчетливости на ее лице отражаются злость, безысходность и отчаяние.

— Не паясничай, — рявкнула, на что я промолчала. — Хорошо, — вздохнула тяжело мама. — Я позвоню позже. Посмотрим, что ты потом скажешь, — оставила она слово за собой и сбросила.

Увы, но чертяка во мне остался доволен разговором. Мать еще пока не приняла мою позицию, однако больше не могла давить своим авторитетом. Впервые я чувствовала себя свободной. Такую стойкость я проявила лишь однажды. Когда приняла решение расстаться с Никитой. Мама тогда рвала и метала. Говорила, что глупая я еще, мол, он завидный жених и обеспечил бы мне хорошее будущее, но, как бы там ни было, любить его она меня так и не заставила.

Порой я смотрела на Камилу и завидовала их отношениям с бабушкой.

У них все было так душевно, они понимали друг друга с полуслова. Бабуля у нее просто чудо, впрочем, как и сама Ками.

Разговор с мамой меня не расстроил, а, казалось, наоборот — подбодрил. И я, пританцовывая и улыбаясь, подошла к барной стойке.

— Что ты так загадочно улыбаешься? — с интересом спросил Олег.

Я пожала плечами, но улыбаться не перестала.

— Ну что, когда на свидание идем? — снова попытал удачу парень.

Я разразилась смехом.

— М-м-м, — нарочно сделала задумчивый вид, а потом добавила: — Никогда.

Он прищурился, а после резким движением подхватил меня за ноги и закинул на плечо.

Испугавшись, я завизжала, аки свинья резаная, и начала бить футболиста по спине.