Книга Ошибочка вышла, страница 57 – Ядвига Благосклонная

— Ты знала, что я шучу, — совершенно серьезно заметил.

Мне хотелось бросить язвительную фразу, что, мол, «это же то, чего ты хотел», но язык не повернулся.

— Я знаю, прости, — искренне произнесла, а после открыла дверь машины и ушла.

На этот раз он меня не остановил, но, как и вчера, ждал, пока я зайду. Все становилось запутанным. И я сама была виновата. И зачем я только его поцеловала?! Эти мысли меня мучили до самого сна. А Даниил почему-то так и остался забытым в машине.

На следующее утро Тим вновь за мной заехал. Я ожидала всего: подколов, чтобы парень требовал продолжения, капризы, как это было на второй день нашего «знакомства», но отнюдь не того, что парень сделает вид, словно ничего не произошло.

Мне даже стало несколько обидно, что я все утро репетировала перед зеркалом, что ему сказать, продумала каждое слово, каждый взгляд, а тот в свою очередь не проронил ни слова, при этом оставаясь каким-то отрешенным и странно задумчивым. Однако что-то мне подсказывало, что это далеко не конец и однажды, причем в самый неподходящий момент, он припомнит мне этот дурацкий поцелуй.

Целое утро я зевала и ходила как сонная муха. Людей было мало. Сегодня было воскресенье, и все предпочитали отдыхать. Матча не предвиделось, и лишь изредка кто-то да радовал нас своим визитом. Даже вечных поклонниц моего «учителя» не было. День действительно был странный. Все шло слишком уж хорошо.

Впрочем, и у меня все получалось, что само по себе было прекрасно. Пожалуй, впервые за многие недели я была в прекрасном расположении духа. Единственное, что напрягало, — молчаливость Тима. Он практически со мной не разговаривал, а если уж и подавал голос, то только по делу. Но вместе с тем то и дело кидал крайне заинтересованные и задумчивые взгляды.

Я уже тысячу раз прокляла себя за свои несдержанность и вспыльчивость. Мне следовало чаще думать, прежде чем действовать, а никак не наоборот. В конце концов, ничего страшного не произошло. Если уж парень сдерживал себя, то я и подавно буду помалкивать.

К пяти часам я изрядно устала. Что, впрочем, не было удивительным. Не привыкла я к таким нагрузкам. Кроме того, мне нужно было поменять свое расписание на вокале или же построить рабочий график. Денег у меня, разумеется, на репетитора не было, но у меня не было никаких сомнений, что родители оплатят. Хоть мама и считала это лишь моим хобби, но на все концерты ходила. Вероятно, в те редкие моменты, когда я занимала призовые места, она мной гордилась. А папа и вовсе никогда не скрывал своей радости. Он всегда меня поддерживал.

За своими мыслями не заметила, как прошло еще полтора часа, а между тем голубоглазый засранец все помалкивал.

Он постоянно что-то щелкал в своем телефоне. И час от часу усмехался или улыбался. Должно быть, бабам своим строчил.

Меня начал изрядно раздражать звук постоянных сообщений, в то время пока парень старательно делал вид, словно меня не существовало.

Мне так и хотелось стукнуть его и крикнуть: «Я все еще здесь, идиотина!», однако все, на что решилась, было скупое и тихое:

— Ты сегодня какой-то странный.

— В каком смысле? — спросил он, по-прежнему не отрываясь от айфона.

Недовольно поджала губы, сама не понимая своей весьма неоднозначной и в очередной раз несдержанной реакции.