Книга Снегурочка не по вызову, страница 38 – Ядвига Благосклонная

— Не начинай все с упрямства. Все равно не отстану. Буду ходить, пороги отбивать, пока ты сама не поймешь, что нам надо попробовать.

— Ты даже не знаешь моего адреса, — фыркаю, на что глазастый ухмыляется так, будто предвкушает победу:

— Думаешь, я не найду?

Найдет. Этот землю носом рыть будет, но найдет. Андрей из тех мужчин, которые всегда добиваются своего и не признают поражений.

Его рука вдруг оказывается на моей щеке. Теплые пальцы осторожно проводят по коже, будто проверяют не исчезну ли я. Глаза светятся уверенностью, которая почему-то не раздражает, а притягивает.

— Дай нам шанс, — мягко произносит. — Я совсем не романтик, но если это не судьба нас свела, то что?

Я вздыхаю, покачивая головой:

— Красиво стелишь, — бурчу, пытаясь спрятать смущение за привычной колкостью. А потом сдаюсь: — Ладно, пошли чай пить, что ли.

Он улыбается — да так, точно выиграл миллион в лотерею. Впрочем, что такое миллион для владельца строительной фирмы? Пару побрякушек в брендовом магазине.

Мы идем к дому, и я чувствую, как что-то меняется, хотя сама еще не понимаю, что именно.

Снежана

Мы сидим за кухонным столом, пьем чай. Обычный, пакетированный, но почему-то в эту минуту он кажется вкуснее. Андрей, казалось бы, непринужденно откинулся на стуле, но взгляд у него какой-то задумчивый. Наконец произносит:

— Давненько у меня такого не было.

Поднимаю на него глаза, настороженно уточняя:

— Чего именно?

— Простого чаепития с девушкой, — кидает, отводя взгляд к кружке.

Приподняв бровь, усмехаюсь:

— И это плохо или хорошо?

Андрей улыбается краешком губ:

— Для меня — хорошо. У меня в жизни, если честно, одна работа.

Я не могу удержаться и поддеваю его:

— А я-то думала, что миллионеры катаются на яхтах, считают деньги и пьют шампанское из хрустальных бокалов.

Он коротко хмыкает, качая головой:

— Если бы. У меня не яхты, а ответственность. Я отвечаю за компанию, за людей, за рабочие места. Обычно круглые сутки на работе.

Его слова заставляют меня невольно поджать губы. Грустно вздыхаю, откидываясь на спинку стула:

— Вот и я так же. Только еще и миллионов нет.

Андрей вдруг смотрит на меня серьезно, почти мягко:

— Не в миллионах счастье, Снегурка. Что толку, если ты приходишь домой, а там пусто?

Отвожу взгляд, чтобы не выдать, как сильно задели его слова. Они слишком близки к тому, что я давно пытаюсь скрыть даже от себя.

Мы допиваем чай в тишине, которая почему-то кажется уютной, а не напряженной. Наконец я поднимаюсь и говорю:

— Ладно, пора отдыхать. У меня только две комнаты: гостиная и спальня. Ты в гостиной, разумеется.

Андрей спокойно кивает:

— Как скажешь.

Пока я застилаю старенький диван в гостиной, Андрей растапливает печь. И это была исключительно его инициатива. Взбив подушку, кидаю украдкой взгляд на моего гостя. Он сидит у печи, и сейчас в нем нет той напыщенности и самовлюбленности, как вчера. Маска снята. Да и я какая-то более мягкая, что ли… Женственная…

— Ну, все, — закончив, резюмирую. — Располагайся. Спокойной ночи.

— Спокойно ночи, Снегурка, — хрипловатым голосом шепчет.

Я ухожу в комнату, чувствуя взгляд у себя на спине. Закрыв дверь, прислоняюсь к ней и закрываю глаза. Почему-то мне кажется, что этот вечер — только начало чего-то гораздо большего.