Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 49 – Ирина Кизимова

— О чём вы тут, Олег, с девками судачите? — подошёл в ним Егор, Глеб злобно посмотрел на него.

— А ты как думаешь? Ульяна пропала, и я пытаюсь узнать, что происходит.

— Не принято у нас мужику с незамужними девками беседу вести. Таковы правила Хрустального ключа.

— О, я всенепременно уважу ваши правила, когда найду Ульяну. — привычно съязвил Глеб. — А сейчас будьте добры, не лезьте в наш разговор.

— Егор, этот человек нас запугивал. — вклинилась вторая девушка. — Сказал, что расскажет всем, что это мы Ладу и Ульяну на мороз выставили.

— Олег⁈ Мы радушно приняли тебя и твоих родичей, а ты угрожаешь нашим людям! Как нам теперь с тобой поступать?

— Что происходит? — подошёл к ссорящимся Иван, держа злобного Баюна подмышкой, который присмирел только при виде недовольного Глеба.

— Ваш шурин изволит наших девок пугать да клевещет на них. — объяснил ему Егор.

Толпа, заслышав звуки перебранки, тотчас же начала собираться, окружая их.

— Я сразу понял, что с вашей семейкой что-то не так, убирайтесь из деревни. — сказал он, указав им рукой на лес. — Сестрица ваша всё равно в там, стало быть, туда вам и топать.

— О, я утопаю, не раньше, чем вы объясните мне, что за жертвоприношения вы устраиваете в своей деревне?

Гул со стороны толпы быстро перешёл в шёпот, а Иван неверяще взглянул на Глеба:

— Они что делают?

— Девчонка. — он указал на проболтавшуюся. — Довольно ясно сказала, что ежели Ульяна и Лада сгинут, то останется одна жертва, дабы завершить круг. Стало быть, вашему Хрустальному богу нужно семь девушек? И через какой же промежуток времени вы совершаете обряд?

— Чего ты брешешь? — нахмурился Егор. — Собрался всю нашу деревню оклеветать⁈ Дак мы этого сделать не позволим!

— Куда делся ваш староста? Поговорить с ним хочу.

— Никто не будет с вами разговаривать.

— Схватите этих двоих! — приказал Тихон, вышедший из толпы вместе с Кузьмой.

Мужики тут же направились в сторону чужаков, но Глеб ловко увернулся от бросившегося на него Егора, а затем окружил себя и Ивана, прижимавшего к себе Баюна, красным пламенем.

— Он колдун! — с ужасом пронеслось по толпе, люди заметно напряглись и начали отступать.

— Я выжгу всю вашу деревню дотла, если не скажете мне, где искать Ульяну. — заявил Глеб, создавая между пальцами огненный шар, отправляя его прямо в сарай, который тут же вспыхнул как щепка.

— Она в лесу. Все они в лесу. Это всё, что мы знаем. — сурово сказал Тихон.

— Конкретнее, иначе я продолжу.

Тот упал на колени и взмолился:

— Не ведали мы, что чародей ты, во век бы твою сестрицу никто в лес не отпустил, ежели бы мы знали. Да пойми, не ведаем мы, где его логово… Всегда через источник подаренный с нами разговаривал.

— Кто разговаривал? — Глеб начинал терять терпение.

— Сам Хрустальный, конечно.

— Семь жертв. Что он с ними делает? Отвечай, иначе я начну жечь деревню и разрушу за одно ваш священный источник.

Старик мелко задрожал:

— Мы-мы… думаем, что они становятся его жёнами, что делает с девками неведомо, никогда мы боле пропавших не видали.

— Как выглядит ваш бог?

— Не ведаю я, всегда лишь голос из источника слышим, да на размытый чёрный силуэт в воде молимся.

— Когда он их забирает?

— Всегда с первыми холодами, раз в пять лет и строго семерых.

— Где ваш староста? Зачем он ходил к царю, ежели вы пытались скрыть жертвоприношения от престола?