Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 116 – Ирина Кизимова

Деревня Ивушки показалась на горизонте, как и сама речка Иволга, синей полосой бегущая среди заливных лугов. Тонкие листики плакучих ив трепетали от лёгких порывов озорного ветерка, касаясь водной глади. Василиса спешилась и, оставив лошадь пастись неподалёку, направилась в деревню.

Судя по царящей вокруг суете, местные были взволнованы: слух о том, что Кощей Бессмертный встал во главе Тридевятого царства поразил их раскатом грома. И раньше приходилось снедь с речных земель как оброк в царский терем отправлять, но ежели Кощей потребует чего ещё, то они бессильны…

Люди собрались вокруг старосты в самом центре деревеньки, до Василисы донеслись ноты бурного обсуждения, все были на взводе, но не могли в одночасье покинуть насиженное место. Не крестьянское это дело — поля оставлять.

Колдунья с жалостью взглянула на простых людей, ну, откуда же у них сокровища?.. Но Кощея сие не волновало, посему нужно было действовать хитростью. Да так, чтоб никто не заметил. У тёмного колдуна везде глаза да уши спрятаны.

— Староста деревни Ивушки. — обратилась она, усилив голос магией. — Я прибыла от Кощей Бессмертного, разговор к тебе есть.

Толпа мигом затихла, лишь лёгкий шепоток, среди которого бежала единственная фраза «явилась-таки», волной прокатился по центру деревеньки. Люди расступились, а староста направился прямо к ней. Он старался держать лицо, не показывая ни единого намёка на страх, но Василиса знала, что внутри у него всё сжалось…

— У нас брать нечего окромя уродившейся репы. Ежели твоего Повелителя сие устроит, то мы мигом соберём урожай.

— Теперь Кощей Бессмертный и твой Повелитель. И, разумеется, его не устроит дешёвая репа.

— Чего ж его устроит? Злата-серебра с роду у нас не водится, а другой урожай лишь на подходе.

— Кажется, ты не имеешь понятия, с кем разговариваешь и какой тон следует использовать. — нахмурилась Василиса, к ужасу присутствующих являя яркий огонь в правой ладони.

«Лги, обманывай, используй других, но сделай всё, дабы подобраться как можно ближе к Кощею…» — эхом пронеслись слова наставницы в её голове.

— Уж прости нас, колдунья великая. — тут же сменил манеру речи староста, упав на колени. — Челом бью и всё, что только в моих силах сделаю, только не тронь нашу деревеньку.

— Повелитель наказал мне собрать с вас сундук золота да серебра. К заре всё подготовьте, иначе без урожая останетесь.

— Да где же столько добра взять простому люду… — начал было староста, но Василиса будто невзначай уронила огненный шар в аршине от него.

— Ещё хоть слово наперекор скажешь, начну жечь деревню с твоей избы.

Мужик задрожал и умолк, не пытаясь больше злить колдунью.

— На заре вернусь.

* * *

Вечер опустился на Ивушки, погружая всё вокруг в черноту, даже обычно звёздное небо плакало сегодня. Рыдали и местные в избушках, причитая на свою судьбу. Дряхленькая старушка ковыляла по превратившейся в сплошную лужу дорожке в поисках ночлега, старые лапти совсем промокли, как и всё её нехитрое одеяние. Седые волосы выбились из-под платка, прилипнув ко лбу.

Она остановилась у избушки местного старосты и отворила калитку. Раскаты грохочущего грома раздались в аккурат, когда нищенка постучала в избу. Поскольку в доме не сразу поняли, что кто-то ждёт на пороге, пришлось попытать удачу ещё раз.