Книга Сорок кошек, или..?, страница 9 – Мира Айрон

Лицо Феди... Лицо было классического оттенка спелого томата, а во взгляде - отчаяние и ужас. Я даже приостановилась и оглянулась назад, вдруг за моей спиной кто-то есть, как в хорроре? Но нет, я пришла одна, хвоста за собой не привела.

Через несколько секунд Фёдор опомнился и взял из моих рук пакеты. Правда, тут же поставил их на пол и принялся помогать мне снимать плащ. Нарочно сдвинув брови, я коснулась ладонью лба Фёдора.

— Сегодня не было повышенной температуры, - отрапортовал Федя. - Я уже завтра погулять собирался.

— И совершенно напрасно собирался, - заявила я из ванной комнаты, где мыла руки. - Если у тебя ангина, то выходить на прогулки рано.

— Ангина не подтвердилась, - осмелев, Федя вошёл в ванную следом за мной и подал мне полотенце.

— А как вообще себя чувствуешь?

Мы так и стояли в ванной, с двух сторон держась за полотенце и глядя друг на друга.

— Нормально чувствую. Ты зря продукты принесла, Влада. Я в состоянии тебя накормить, у меня суп есть, мама вчера приготовила.

— Я рада, что ты в состоянии, и непременно накормишь в следущий раз. А суп тебе завтра самому пригодится.

Пока я мыла овощи и фрукты, а также быстро делала салат и нарезку, хозяин квартиры сервировал стол и выкладывал выпечку в специальную плетёную корзиночку с белоснежной салфеткой. Я и не подозревала, что Федя такой эстет!

Определённо нам есть, что открывать друг в друге, и хватит таких открытий ещё очень надолго. Но почему-то впервые в жизни при подобных мыслях я чувствовала не страх неизвестности, а исключительно ожидание чего-то тёплого, доброго и очень волнующего.

— Влада, ты сказала, что я ещё непременно успею тебя угостить? - спросил Фёдор, когда я раскладывала салат по тарелкам. - Это значит, что ты снова придёшь ко мне?

— Если ты сам не против, то приду, конечно.

— Я? Против? Ты что, Влада! А когда, завтра?

— Могу завтра.

— Приходи завтра, пожалуйста! Я буду тебя ждать и сам приготовлю ужин.

— Хорошо, приду завтра, если пообещаешь, что съешь фрукты, которые я принесла. Надеюсь, у тебя нет аллергии на цитрусовые?

— Нет, никакой аллергии нет, в том числе, и на цитрусовые, - Федя заметно приободрился.

Мы уже взялись за столовые приборы и приготовились есть салат, когда Федя вдруг спросил, не поднимая глаз:

— Влада, значит, ты не сердишься на меня? Не обижаешься?

— Очень сержусь, - резко ответила я. - И ещё сильнее обижаюсь.

Фёдор сначала вздрогнул, а потом, забыв о салате, вскочил и переместился на диванчик кухонного уголка. На диванчике сидела я, а Федя - на табурете напротив меня.

Схватив меня за руки, он заглянул в мои глаза.

— Прости! Пожалуйста, прости! Я никогда, никогда больше не стану лгать тебе, только дай мне шанс.

— А я разве сказала, что сержусь из-за твоих сказок? - огорошила я Фёдора. - Хотя твой настрой мне нравится, и обещание твоё я зафиксировала.

— А почему тогда сердишься? - Фёдор продолжал близко смотреть на меня, и оказалось вдруг, что я не такая уж самоуверенная - внутри всё похолодело и задрожало. Но я не сдалась.

— Потому что ты не позвал меня, когда тебе было плохо. Не дал возможности помогать тебе, ухаживать за тобой, - с искренней обидой ответила я.

— Но ведь у тебя и так работа...

— И что? Работа для меня важнее того, что ты болен, так, да? Или ты мне не доверяешь?