Книга Обоюдный фол, страница 29 – Мария Киселева

— Хотя бы убрать этот взгляд. — щелкаю пальцами у него перед носом.

— Каждый тридцатый.

— Пятнадцатый. — торгуюсь.

— Двадцать пятый.

— Я не поднимаю.

— Тогда сойдемся на двадцатом. — пожимает плечами.

Раздается свисток.

Откидываюсь на спинку кресла, ерзаю. Тело предательски ноет, сердце устраивает забег. Впервые в жизни внутри покалывает от осознания того, что мы одни. В детстве я тоже волновалась, когда Брюс выходил из комнаты и мы оставались один на один с его лучшим другом. Я чувствовала нереальное смущение, теперь все иначе. Когда вошла в квартиру, это не задевало, но слова Рида, его собственнические прикосновение без пошлости. Он берет меня в свои руки, отпускает только тогда, когда сам того пожелает.

— Вперед, Бэмби.

Прозвище звучит наравне с именем.

— Только одиннадцать!

— Двадцать — потолок твоегоспора. — наклоняет голову.

— Неужели это будет первый неподдельный? — пытаюсь свести все в шутку.

Обычно мы не отвлекаемся во время игры.

Рид убирает попкорн на сидение левее.

— Будешь медлить, и двойка из Мора и Дэрила забросит еще десять, а тебе будет нужна передышка.

Чуть наклоняется, ставит руку на подлокотник между нашими сидениями. Подгибаю ноги под себя на огромном кресле, чтобы сесть лицом к нему. Я пытаюсь не смотреть в блестящие от экрана серые глаза, только на губы, что кажется ужасно интимным. Теперь меня не торопят.

Неожиданно понимаю, почему не могу решиться. Приподнимаюсь, ставлю руки рядом с его, чтобы лица оказались на одном уровне.

Я не умею целоваться, никогда не превзойду Рида или его наверняка опытных подруг.

— На первый раз помогу, Бэмби. — кладет руку мне на талию, чуть подталкивая.

Окей, так и вправду проще, особенно после ощущения его дыхания.

Я едва накрываю его губы своими, не отказываюсь от желания приоткрыть их и втянуть хотя бы каплю воздуха. Не замечаю, когда спина выгибается, а рука ложится на шею Рида, притягивая ближе.

Он не может не ответить, не справляется. Ему понравилось? О Боже…я хочу отскочить, когда слышу стон в свои губы, но меня крепко держат за талию. Его язык касается моего, физический контакт, электричество, страсть теперь не просто слова, как было в последние разы. Это то, что нас не остановит.

Где-то вдалеке звучит сигнал, объявляющий фолл. На моих губах тихий влажный звук.

— Если продолжишь… — целует в скулу, подбородок, шею — отменю запрет на всех, ты сама не подойдешь к другому.

Взгляд и разум затуманены. Это я спустила курок.

— Я скажу кое-что ужасное.

Рид пересаживает податливую меня на колени, что оказываюсь на нем…подберу нейтральное сравнение — как на байке. Он убирает волосы с моего лица, наши тела дрожат.

— Я мало что понимаю, но кажется верю, что ты не причастен к произошедшему на драфте с Брюсом.

Я давно хотела скинуть вину на другого, избавить Рида от нее, но никогда не предполагала, что брат сам…

— Может, у меня получится тебе верить.

Я уже это сделала, уже сижу на коленях человека, которого проклинала, в которого была влюблена. Что внутри теперь?

— Это все, чего я хочу Бэмби.

Я с трудом могу дышать, опираюсь не на свои бедра, а его плечи, чуть продвинувшись вперед. Это действительно происходит со мной?

— Правда?

— Нет.

Он в движение распускает мой хвостик, зарывается пальцами в волосы, словно репетировал ни раз.