Книга Будущая королева, страница 4 – Мария Киселева

— Mon bébéна! (франц. пер. «моя малышка»)

В мой дом заходит Леонардо Фурнье, игрок французской команды FIBA 3х3. Громкостью он привлекает всеобщее внимание.

Баскетболист подает руку Квин, которая не показывает растерянности, передает напиток одной из своих низших прислужниц, встает.

— Что ты здесь делаешь? Мы закончили, Лео. — скучающе.

Они на виду, диджей делает музыку тише. Усмехаюсь в кулак. Продолжаю впитывать пошлый шепот Клодин. Фил с таким же смехом смотрит то на меня, то на Квин, как бы говоря, что намечается шоу в нашу пользу.

— Ne te démarque pas, on nous manque tous les deux. (франц. пер. «Не выделывайся, мы оба скучаем»)

— Ты решил, что можешь определять мои чувства?

Парни готовы кончить на месте от ее властного тона, уж я-то знаю это выражения лица.

Квин складывает руки под грудью, от чего та приподнимается.

— Лео, я не собираюсь тебя выставлять, но ты должен услышать: я больше не хочу быть с тобой. Мы обсуждали это. Было весело, но я устала. Pas intéressant. (франц. пер.”Не инетересно”) — по слогам на его родном языке.

— Кто-то запутался в игре во власть, Квин.

Опираюсь на дверной косяк гостиной, не позволяю себе сократить расстояние между мной и Квин менее, чем на пять метров. Теперь громкость музыки опустили до единицы.

— Из моего дома выставлять имею право только я.

Леонардо смотрит на меня, а затем берет Квин за руку, собираясь продолжить разговор на улице.

— Это был последний из фолов. (нарушение правил в баскетболе) — заявляет девушка.

Она вырывается, а затем смотрит свысока на баскетболиста, который выше нее на тридцать сантиметров без учета туфель. Квин шипит ему угрозу, а затем громче:

— Тебе пора за деревянной медалью, Лео. — возвращается в кресло, в котором обычно я выполняю домашнее задание.

Бен и Картер подходят к двадцатидвухлетнему баскетболисту, тот поднимает руки, зло смотрит на бывшую и идет к выходу.

— Imbécile…

Не понимаю, что произносит Леонардо, но явно не признание в любви.

Когда он собирается пройти мимо меня, бью предплечьем, подталкивая вон из комнаты. Мне плевать, насколько он старше, сколько у него титулов. У Фурнье хватает мозгов не начинать драку.

— Он перелетел океан ради тебя? — интересуется у королевы Картер.

— Все совершают ошибки. — без капли эмоций мой брат Бен, уходя на кухню.

— Нет. Ради того, чтобы сыграть с тобой 1х1. Но я спасла твою задницу, Джонс. — девушка делает глоток Космополитен.

— Спасибо, детка.

Брюнет щелкает пальцами, оставляя указательный, а сам подмигивает Таише. Даже я понимаю степень опасности этого поступка.

Квин решает оставить последнее слово без внимания, так что дает знак, чтобы снова включили музыку. На ее лице ни эмоции от прошедшего разговора.

К десяти мне все наскучило, и я соглашаюсь на второкурсницу. Сажаю ее на кухонный остров, превратившийся в бар, в котором заведует Мартин. У девчонки большая задница, так что приходится отодвигать бутылки.

Музыка играет на полную, напившиеся подростки расслабились. Это, кстати, и причина, почему в мои волосы зарываются женские пальцы, а в рот умело погружается язык семнадцатилетки. Внутри кампуса нет ограничений, мы все считаемся несовершеннолетними с двадцати одного, только немногие получают трастовый фонд до этого возраста.

— Да, детка! — кричит Картер из гостиной.