Книга Порочная связь, страница 29 – Виктория Рэй

******

После работы приезжаю в квартиру, которая с приездом сестры немного оживилась. Теперь меня каждый раз ждёт вкусный ужин, и рассказы сестры о произошедшем за день. Конечно, она все ещё мучилась из-за мужа, который продолжал ей угрожать, но разводится с ним по какой-то причине боялась, а может не хотела.

— А ещё, сегодня приходила мама. — Говорит Элиза, поджав губы. Моя ложка с едой зависает в воздухе.

— Сюда? — Мой голос в мгновение приобрёл стальные нотки. Элиза знала, что пришлось мне пройти, что удалось ей увидеть в совсем юном возрасте, и все из-за матери. — Что она хотела? — Кладу ложку обратно в тарелку. Ощущаю, как сдавливает грудную клетку лишь от одного воспоминания об этой женщине.

— Она хотела видеть тебя. — Стискиваю зубы от злости. Сколько лет ее не было, а здесь решила появиться. О детях вспомнила? Или деньги закончились?

— Что ещё она говорила?

— Больше ничего. — Сестра смотрит на меня, сидя напротив.

— Это из-за неё ты не спишь ночами? — Задаёт вопрос, на который я отвожу взгляд к телефону лежавшему на столе.

— Это неважно. — Элиза резко встаёт из-за стола.

— Это важно, Дэвид. Ты знаешь, как трудно слышать твои стоны по ночам, как ты дышишь, как кричишь что-то непонятное. — Стискиваю челюсть, смотря на сестру со злостью.

— Ты откуда это все знаешь? — Задаю вопрос. Элиза спала в другой комнате, а из моей трудно что-то услышать.

— Я сидела под твоей дверью во вторую ночь, когда приехала. Хотела попить воды, и услышала то, как ты что-то бормотал. Я не хотела оставлять тебя, но и входить в комнату тоже. — Спокойно говорит девушка, смотря в мои глаза. — Скажи, как давно ты стал снова плохо спать?

— Это неважно. — Элиза усмехнулась.

— Скажи мне. Возможно тебе нужно сходить к психологу, или...

— Психологи ничем мне не помогут. — Встаю из-за стола, беру свой телефон, и собираюсь уйти.

— Дэвид, пожалуйста, послушай меня и сделай, как прошу. — Сжимаю в руках телефон и резко оборачиваюсь к девушке, которая уже вышла из-за стола.

— Послушать тебя? А ты, слушаешь меня? Сколько раз я ПРОСИЛ тебя развестись? Почему ты так яро защищаешь этого мудака? А? Давай, ответь на мои вопросы. — Подхожу к сестре, которая делает несколько быстрых шагов назад, отпустив глаза.

— Моя личная жизнь не касается тебя. — Сквозь зубы проговорила Элиза.

— Также и тебя, не касается моя. — Тыкаю в неё пальцем, и ухожу, оставив сестру одну на кухне.

Меня вновь захлестнула злость, и где-то, сквозь призму своей дьявольской сущности понимал, и ощущал вину за то, что оторвался на сестре просто за то, что мать решила вернуться в наши жизни после того, как бросила нас в подвале вонючего дома, как ненужный хлам, который мазолил глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ненависть к матери. Жизнь на улице. Карабкание вверх, и болезненные спуски. Работа на стройках, в кафе, на вокзале. Деление последнего куска хлеба с сестрой. Это ещё не весь список того, что сделала жизнь, чтобы я стал тем, кто есть сейчас.

И поэтому я не дам женщине, которая возомнила себя матерью спустя двадцать лет, снова испортить нам жизни.

— Прости меня. — Элиза входит в мой кабинет через час, после ссоры. Сижу за ноутбуком, просматривая рабочую почту. Поднимаю взгляд на девушку, которая неуверенно переминалась с ноги на ногу.