Книга Нити судьбы, страница 128 – Виктория Рэй

В один момент мы потеряли ребёнка, и я чуть не потерял Еву по своей ошибке. Да, мне было невыносимо узнать о том, что она добровольно пошла к этому ублюдку в кровать, но с другой стороны она сделала это не ради своей прихоти, и понял я это только после того, когда она сказала, что любит меня и решила, что я ненавижу ее, хотя я не отдавал отчета своим действиям.

Когда врач сказал о том, какие повреждения были у Евы, мне хотелось в тот же момент найти ублюдка Максима, чтобы заставить его сожрать свое дерьмо, а после прикончить, выкинув в реку.  Но я остановил себя.

— Почему мы не знали о беременности Евы? — Задаю первый вопрос за все время. Дима с доктором взглянули на меня в кресле, будто только сейчас заметили мое присутствие. Я поднялся с места, подойдя к двоим мужчинам.

— Возможно, что у Евы беременность протекала бессимптомно, это не редкий случай. — Пожимая плечами, говорит доктор. Я тяжело сглатываю, на секунду прикрыв глаза, и сделав глубокий вдох.

— У нас все еще могут быть дети? — Да, я слышал разговор Димы и Евы, но мне надо было полностью убедиться.

— Да, но все зависит от ее восстановления и здоровья. Возможно она может забеременеть через год, может через два. — Провожу рукой по волосам, поджав губы. Я ощутил то, какие мокрые стали мои глаза. Я плакал. Грудную клетку сжало из-за нехватки воздуха, и я вновь опустился в кресло, запустив руки в волосы, обкатившись локтями на колени.

Мышка моя. Такая хрупкая, и в то же время сильная. С нравом и боевой готовностью выдержать любой удар. Ей всего двадцать один год, в этом возрасте она должна отдыхать со своими сверстниками, ходить на вечеринки и проводить юность на всю катушку, но вместо этого она привязана ко мне и кроме страданий она ничего не знает.

Встаю с кресла и не заметив в гостиной ни доктора, ни Димы, я иду в комнату, чтобы побыть с Евой, и знать, что она все еще со мной.

Не дойдя до комнаты, меня хватают за плечо и резко разворачивают; я не успеваю среагировать, как получаю кулаком в челюсть. Дима отходит от меня, встряхивая кулак.

— Я бы ещё врезал, но думаю ты понял, за что был этот удар. — Говорит Дима. Шевелю челюстью, усмехнувшись.

— Нехило. — Провожу ладонью по левой щеке.

— Просто подумай над тем, что ты делаешь, и в какой момент ты это делаешь. Это тебе не Оля, и не София, которые могли быть с тобой из-за своей выгоды, это – Ева, обычная девушка, которая готова пойти на все, ради спасения не только своей семьи, но и твоей. — Дима хлопает меня по плечу, пока я смотрю на него. Он был прав, и сказать было нечего.

Дима разворачивается, и уходит, пока я еще с минуту стоял около дверей комнаты, где спала Ева.

Войдя в слегка освещенную комнату, я не спеша прошёл к кровати, где лежала Ева. Вся растрёпанная, и измученная. Было трудно смотреть на ее руки, которые были в фиолетовых отметинах. Клянусь, как только я поймаю этого гребаного ублюдка, оставлю такие отметины на каждом участке его гнилой кожи.

Проведя ладонью по опухшему от слез лицу девушки, я остановился, смотря на неё и не веря в то, что она может оставить меня. Я был привязан к ней, и не мог понять, когда эта нить образовалась между нами. Но и я не мог принять того факта, что мог полюбить, да и не хотел признаваться в этом самому себе, не говоря уже о Еве, которая не просто говорила, но и показывала свою любовь ко мне. И меня это разрывало. Она ждала эти гребаные три слова, и наврятли дождётся, ведь мне было трудно говорить об этом.