Книга Под крышей комбини, страница 28 – Ирина Кизимова

— Бабуля любит цветы, поэтому каждый номер назван в честь определённого цветка.

— Моей маме бы понравилось.

Саша отказался от помощи с чемоданами, самолично таща оба наверх. Чияки открыла двери номера и пропустила его внутрь. Там оказалась небольшая комната с уже расстеленным футоном. На стене висели картины с изображением гортензии, в честь которой он и был назван, бумажные цветы, выполненные в технике оригами тоже напоминали соцветия гортензии. Саша остановился напротив и невольно залюбовался ручной работой.

— Бабуля многое мастерит своими руками. В молодости она даже кукол Хина[2] делала. Кстати, алтарь в честь праздника девочек до сих пор не убрали, так что ты можешь полюбоваться им, когда спустимся готовить такояки.

— Твоя бабуля крутая.

— А картины во всех номерах я рисовала. – как бы между прочим обмолвилась девушка.

Саша тут же переместил на них взгляд.

— Не похоже на то, что ты обычно рисуешь. Тоже очень красиво.

— Спасибо, я рада, что тебе нравится.

— А номер «сакура» здесь тоже есть?

— Да, но он сейчас занят постояльцами, как и «глициния», «хризантема», «камелия» и «момидзи».

— Но «момидзи» – это листья, а не цветы.

— Ты прав, но считается, что клёны в это время года тоже цветут.

— Хотел бы посмотреть их все.

— Посмотришь. Дедуле Кентаро уже не терпится загрузить тебя работой.

— Я рад, что он согласился принять меня. Мне хочется больше узнать о твоём доме.

Он ласково скользнул ладонью по её волосам, заправляя прядь, что выбилась из высокого хвоста за ухо. Чияки смутилась, она уже привыкла к постоянному присутствию парня в своей жизни, но это не мешало ей вечно краснеть, когда он говорил что-то приятное или просто брал за руку… В моменты, казалось, лёгкой близости, сердце будто замирало, а потом начинало биться чаще, желая выпрыгнуть из груди.

— А, вы двое уже приехали. – заглянула в комнату улыбающаяся японка. – Добро пожаловать в наш скромный рёкан.

— Рад знакомству! – тут же поклонился Саша, вновь вызвав неподдельный интерес теперь уже у матери Чияки.

— Рин! Спускайтесь к столу! – позвала их из коридора бабушка.

— Пойдёмте, бабуля научит тебя делать такояки, Саша-кун.

Поскольку тесто уже было готово, юноше оставалось лишь залить его в круглые формочки на чугунной сковородке, добавить к ним кусочек осьминога, и самое сложное – умудриться перевернуть шарик палочками, чтобы тот поджарился со всех сторон. Движения бабули Акико были годами отточены как у профессионального шеф повара, длинные палочки для готовки порхали над чугунной сковородкой так быстро, что Саша едва успевал за ними следить, что уж говорить о том, чтобы пытаться повторить сей волшебный трюк.

— Бабуля Акико, вы потрясающая! – выдохнул он, когда пожилая японка вновь спасла его многострадальный шарик.

— Ничего, Саша-кун, тебе просто нужно немного потренироваться! Чияки вон до сих пор не может с такояки сладить.

— С чего это не могу, бабуль? Дай-ка мне!

Девушка присела рядом с парнем и ловко заработала палочками.

«Наверное, у японцев это в крови…» – подумал Саша, с восхищением следя за её движениями.

— Как насчёт сыграть в игру? – внезапно предложил дедуля Кентаро.

— Почему бы и нет. – мама Чияки поддержала своего отца, хватая с ближайшей полки васаби. – Начнём?

Саша удивлённо глядел на то, как бабуля добавляет острый соус в один из жарящихся шариков, а затем ловко перемешивает их на тарелке со скоростью заправского шулера.