Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 26 – Лена Лорен

Я ерзаю на диване. Места себе найти не могу.

И голова уже распухла от потока информации.

— Богдан Ларионович, я, конечно, сочувствую вам и понимаю ваше негодование, я всегда выступаю за здоровую конкуренцию и честную борьбу, вне зависимости от обстоятельств, но при чем здесь я? Зачем вы мне всё это говорите? — деликатно проговариваю, складывая руки под грудью.

Я невольно засматриваюсь на красивое мужественное лицо Богдана. В его глазах плещется столько азарта и энтузиазма, но среди всего этого буйства я замечаю еще кое-что — интерес. Чисто мужской интерес, способный заставить мои тело и лицо невыносимо печь, а руки — вцепиться в обивку дивана.

Может быть, я и впрямь нравлюсь ему, как женщина? Ну просто не может мужчина так смотреть на женщину, если она ему хоть чуточку не симпатична…

— Нат, ты веришь в судьбу? А в любовь с первого взгляда? — огорошивает меня Богдан нежданными вопросами, из-за чего у меня напрочь пропадает дар речи и сердце ухает вниз.

— Гм, — только и могу булькнуть, задыхаясь от смущения.

Господи, только не это…

— А я вот верю, — заявляет Богдан, медленно надвигаясь на меня и лишая воздуха. — Ты, Наташенька, не просто моя гостья. Ты моя судьба, и сейчас я объясню, почему!

Богдан присаживается на край дивана, прямо возле меня. Это существенно повышает градус в гостиной и заставляет меня визуально уменьшиться в размерах.

— Ты же уже ознакомилась со списком кандидатов? — любопытствует он.

— Немного, — я неуверенно киваю, не совсем понимая, как его вера в судьбу и любовь с первого взгляда относится к сути разговора.

— И тебя наверняка что-нибудь смутило в этом списке?

— Нет, — мотаю головой и тут же осекаюсь. — Ну разве только то, что вы выглядите гораздо моложе своих оппонентов.

— Ну вот, и ты туда же, — усмехается Богдан, стукнув себя по колену. — Все, кому не лень, тычут мне в это. Ну что плохого в том, что я так хорошо сохранился для своих лет?

— Ничего. Скорее всего, эти тыкающие в вас люди просто завидуют вашей успешности, — предполагаю я, как истину в первой инстанции.

— Допускаю такой вариант, — задумчиво произносит. — Ну а больше ты ничего не заметила, что может отличать меня от остальных?

Я закусываю щеку с внутренней стороны, пытаясь визуализировать то самое объявление с фотографиями кандидатов и краткой биографией под ними.

— Остальные мужчины семейные.

— Вот именно! У Старовойтова нет на меня ничего. Единственное, на что он может надавить — это то, что я моложе остальных кандидатов и, в отличие от них, не успел еще обзавестись семьей. По его мнению, за порядок в городе не может отвечать человек, который не устроил порядок в супружеской жизни, — говорит он, а у меня волосы на затылке начинают шевелиться, сердце предчувствует неладное. — Но ведь то, что я не распространяюсь о своей личной жизни, еще не значит, что семьи у меня нет.

— Так у вас есть семья? — выпаливаю ошарашенно и цепенею от ужаса.

— Нет! — категорично заявляет, на что я с облегчением выдыхаю.

Не представляю, как бы я себя повела, если бы он признался, что у него все-таки есть семья. Я бы, наверное, позорно сбежала отсюда в эту же секунду.

— Но пора бы мне уже задуматься о семье. И когда, если не сейчас, — таинственно договаривает он после продолжительной паузы.