Книга Бывший муж. Я хочу нас вернуть, страница 32 – Анастасия Петрова

— Я скучаю по тебе, Саш, — вот опять.

Качаю головой, а в это время слышу, что у меня вторая линия бьётся. Отрываю телефон от уха, а там номер Юли.

— Я перезвоню, — скидываю звонок и отвечаю жене…

Вот же шь! Сам себя в мыслях ловлю…

— Юль, всё хорошо? — с тревогой спрашиваю и даже из-за стола от напряжения и собственной ошибки встаю.

А ошибки ли⁈

— Да, в порядке, я не отвлекаю? — деловым тоном спрашивает она, будто разговаривает не со мной.

— Нет. Ты можешь звонить в любое время, — прокашливаюсь я.

— Я выбрала центр всё-таки, — говорит она: — Но я бы хотела, чтобы ты всё равно поприсутствовал завтра на нашей встрече, там расскажут план лечения, что можно, что нельзя и прочее. Если у тебя…

— Я, конечно, буду, во сколько?

— В девять утра, — слышу в её голосе будто замешательство или волнение.

— Заберу вас из дома, вместе поедем.

— Спасибо, — выдыхает она, и мне кажется я даже ощущаю её облегчение.

— Брось, Юля, ты можешь обращаться за любой помощью, я тебе уже сказал, что сейчас два дня мне надо, чтобы уладить вопрос в компании, дальше мы будем проходить это вместе. — собственные слова даются так легко и закономерно, потому что идут откуда-то из глубины.

И там я определённо не пережил одно событие в своей жизни. Осознание бьёт молнией прямо в груди, и мне как никогда, чёрт возьми, кажется, что развод был фатальной ошибкой.

— Мы завтра утром будем у вас, — благодарно улыбаюсь врачу, который нас так тепло принял.

Он сразу взял Дашу лаской и заботой, увидев, как моя куколка переживает. Хотя она храбрится, подбородок чуть выше обычного держит, руки покорно складывает на коленях, словно это ее немного заземлит, поможет держать баланс.

Мамы всегда все замечают и чувствуют, я слишком хорошо выучила все повадки дочери, чтобы не увидеть эти малейшие изменения в ее движениях, даже в том, как ее брови слегка насупились, обычно смотрящие чуть вверх, открывая взор на красивые большие глаза.

Я все вижу… И от этого только больнее. Роман Владимирович Корзин.

Наш лечащий врач. Сомнений в том, что именно этот сильный характером с закалкой мужчина поможет моему ребенку снова стать здоровой, окрепнуть и наслаждаться жизнью.

— Юлия Марковна, — аккуратно обращается ко мне, очень деликатно и с осторожностью, — Могу я вас попросить оставить Дашу уже сегодня с нами?

Дашка тут же бросает беглый взгляд в мою сторону, она хочет домой. И когда я говорю про дом, я не имею ввиду квартиру в Хамовниках, я имею ввиду Питер.

Там осталась вся ее жизнь: друзья, школа, кружки… И она мне по секрету рассказала, что даже скучает по приставаниям ее одноклассника Артема Солдатова.

Она еплется за любовю возможность быть хотя бы мысленно там, откуда мы уехали, но где жизнь продолжает кипеть. Ощущение, что и я, и Дашка поставили свои жизни на паузы.

Мы не знаем, что нас ждет завтра. Мы не знаем, как себя вести до конца. Потому что за пять лет Москва стала определенно чужой, холодной, несмотря на то, что в Питере погода куда сквернее. Этот город сломал нас, однажды.

И вот он позвал меня и дочь в свои объятия вновь. Только повод ужасный.

— В этом есть необходимость, да?

Я не успеваю встать со стула, как вновь присаживаясь обратно. Приходиться сжимать крепко руки на ручке от сумки, так почему-то проще удерживать баланс.