Книга Развод в 50. Двойная жизнь мужа, страница 20 – Анастасия Петрова, Селин Саади

Встаю у дверей и равнодушно смотрю на ключи. Но сейчас мы уже совсем не те, кем были раньше, а потому дистанция между нами - это то, что теперь неотъемлемо.

Нажимаю на звонок, и жду, когда, наконец, дверь откроется.

— Марта?! — как только он видит меня, даже улыбка проскальзывает на некогда любимом лице: — Почему не открываешь ключом? — изумляется, будто все в порядке, будто он не скрывает от меня ужасающую и шокирующую правду: — Проходи, пожалуйста.

Гордей в домашних брюках и майке, а на журнальном столике гостиной разложены папки и гаджеты. Работает…

Вчем, в чем, а в его ответственности и умении не откладывать сложные задачи на потом, я убеждена. Только вот с одной задачей, как мне казалось, самой важной, он абсолютно точно не справился.

— Хочешь чего-нибудь? — он тут же суетится, пока я медленно стучу каблуками по кафелю, следуя за ним: — У меня правда выбор невелик…

Он лазает по шкафчикам, я вижу это благодаря арке, ведущей на кухню, а я останавливаюсь в середине проема.

— Четырнадцать лет, Зарудный, ты водил меня за нос…— голос словно треск старых веток: — Ты не просто утратил мое доверие, Гордей… Ты, буквально, осквернил мою душу. — позволяю себе слезу, но все еще держу голову высоко.

Он замирает, так и стоя спиной, а затем медленно поворачивается качая головой.

— Родная…нет.

— Я так верила в тебя, Гордей…больше чем в себя, — добавляю шепотом и с горькой улыбкой разочарования: — Попрошу тебя об одном, сделай напоследок единственную правильную вещь… Озвучь своей второй семье, чтобы моей семьи они никогда в жизни не касались. Никогда, слышишь?

Он характерно матерится в ответ, и ударяет кулаком по столешнице. Но мне уже плевать на эти выпады.

Я посмотрела в его подлючие глаза, и кроме вины и ничтожности больше ничего не увидела. Мне достаточно.

— Черт! Марта! — он двигается на меня, но я выполнила долг перед самой собой, поэтому разворачиваюсь на выход: — Выслушай! Все не так, клянусь!

Тяжело цокаю каблуками словно сама в себе оставляю отметины, чтобы больше никогда не быть связанной с этим человеком.

Просыпаюсь от звука дверного звонка. Часы показывают восемь утра. Кто-то слишком настойчиво нажимает кнопку, и я поспешно накидываю халат.

Открываю дверь, и передо мной стоит курьер с огромным букетом цветов. Белые лилии. Их аромат тут же заполняет пространство, вызывая у меня странное смешанное чувство — тёплые воспоминания о том, как Гордей дарил мне их в первые годы наших отношений, и холод от осознания, что это всё давно в прошлом.

— Вам доставка, — говорит курьер, протягивая букет и конверт.

Я молча принимаю его. Даже спрашивать, от кого это, не нужно.

Закрыв дверь, ставлю букет на кухонный стол. Он занимает почти всю его поверхность — цветы явно дорогие, идеально подобранные. Я открываю конверт. Внутри письмо с четким, аккуратным почерком Гордея:

«Марта, Я знаю, что совершил ошибку. Я готов сделать всё, чтобы загладить ее. Ты для меня всегда была самым дорогим человеком, и я хочу это доказать. Дай мне шанс. Я борюсь за нас. Твой Гордей.»

Я долго смотрю на эти слова. Сколько лет он называл себя моим? Сколько лет я верила, что он действительно мой, что мы едины? И вот теперь, после всего, он думает, что может всё исправить цветами и несколькими строками?