Книга (не) Любимый сосед, страница 28 – Анастасия Петрова

Гипнотизирую файл тяжелым взглядом и нажимаю на скачивание. Пока файл скачивается, наматываю круги по комнате, заламывая пальцы на руках. Что же там может быть?

Например, у него свой бизнес. Какая-нибудь автомастерская, раз он так хорошо в машинах разбирается. Или все мужчины хорошо разбираются в машинах? Этого наверняка я знать не могу. Мои бывшие ухажеры не были похожи на Матвея. Он другой.

Сильный, уверенный в себе, решительный. Знает, чего хочет. Живет по каким-то своим определенным правилам. Я всегда сторонилась таких мужчин, потому что боялась. Боялась вот такой страсти, таких эмоций. А теперь подсела как на наркотик. Мечтаю, чтобы он вернулся, поцеловал нежно, а потом с напором. Подчинил себе. Снова оголил все участки кожи. Но нет, он не придет, хотя бы потому что я его прогнала. И он почти получил то, что хотел.

Линия скачивания файла показывает девяносто девять процентов, прикрываю глаза. Вот-вот я стану ближе к мужчине за стенкой. Узнаю, чем живет, что любит. Или кого любит.

Нажимаю на кнопку "Открыть файл", тело порядочно потряхивает, мандражирую. И чего я боюсь?

Игнатьев Матвей Андреевич. Тридцать пять лет. Майор в отставке. Причины неизвестны. Адрес проживания — соседняя квартира. Семейное положение неизвестно.

Все. Это все, что есть о нем. Военный, значит? Бывший военный. Ох, это люди правил и устоев. Военные принципиальные, порой жесткие и закрытые. Очень на него похоже.

Тут же открываю переписку с Сергеем. Мне критически мало этой информации.

"Сереж, привет! Спасибо тебе. А это все, что удалось найти?".

"Привет, да. Но я так понял он не просто в отставке, там что-то произошло. Поэтому ему пришлось покинуть службу. Следы хорошо замели, я не смогу узнать.".

"Я тебя поняла. Еще раз спасибо!".

Не решаюсь спросить у Сережи есть ли какая-то дополнительная информация о личной жизни майора Игнатьева. Не хочу, чтобы Сережа думал, что я его использовала. Хотя именно это я и сделала.

"Маш, ты поужинаешь со мной еще раз?".

Черт. Отказывать неудобно. В другой любой ситуации, я бы ответила отказом. Потому что ничего не екнуло, и потому что екает на другого. Но Сережа показался хорошим, сдержанным мужчиной. Не хочу его обижать, поэтому соглашаюсь. Мы все еще можем стать друзьями. Да, я из тех, кто верит в такого рода дружбу. Уверена, скажи я это Матвею, он бы уже открыто смеялся мне в лицо.

Полночи я трачу время не на сон, а на поиски социальных сетей соседа. Но все глухо. Игнатьевых Матвеев много, а моего нет. Моего…

Смакую это слово в голове, и как же оно приятно звучит. Представляю, как говорю ему "мой", и сердце сжимается от ласки. Можно ли влюбиться так быстро и так опрометчиво? Оказывается, да. И это случилось. Пытаюсь понять, когда именно. Когда первые раз коснулся моей щеки? Или когда вызвался помочь с машиной? Не понимаю. Понимаю только одно — он мне нужен. До немоты, до дрожи.

А я ему нет.

С этими мыслями засыпаю почти под утро, и проснувшись в полдень, радуюсь, что сегодня нет лекций и других занятий. А значит я свободна.

Голову посещает одна мысль, я решаю испечь пирог с земляникой, наведаться к Матвею в гости без приглашения и извиниться. Подавляю внутренний протест, стоит перестать оголять свои клыки каждый раз, когда с чем-то не согласна. Он и правда вчера на меня не нападал, чтобы я так яро защищалась. Прокручиваю в голове свои слова, как всегда была резка, как и со всеми мужчинами в своей жизни. Видимо поэтому они и сбежали. Задавила характером. А Матвея и давить не нужно, он на кусочки переломать может. Поэтому даже не вступает в полемику с женщиной. За это можно уважать.