Книга В поисках солнца, страница 561 – Мария Берестова

Умом Магрэнь тоже всё это понимала; более того, её план по спасению Дерека предполагал, что теперь ей нужно взять удар на себя и выбить из Михара отказ от кровожадных планов. Ей нужно было охладить и успокоить Михара, а не подстегнуть его гнев своим побегом.

Смятение её, однако, ясно отражалось на её лице.

Ей показалось в этот момент, что, если теперь она потеряет Дерека — она потеряет саму себя.

Он догадался, что она хочет сказать, ещё до того, как она начала говорить, — потому что он уже видел однажды точно такое же выражение на другом дорогом ему лице.

— Я… — начала было произносить Магрэнь, но он сухо перебил:

— Не любишь меня, Рэнь. — Она осеклась под его взглядом, полном спокойного сожаления. — Тебе просто ужасно не хватает тепла.

С этими словами он сделал шаг к ней и обнял её крепко и уверенно. Высказанная им мысль потрясла её, и она вжалась в него всем телом — в поисках того самого тепла.

Он дышал спокойно и размеренно, и она сама успокаивалась рядом с ним.

— Но ты просто не понимаешь пока, сколько тепла скрыто в тебе самой, — спустя минуту продолжил развивать свою идею он, а затем отстранился и сделал шаг от неё.

— Тебе не нужен я, — повторил он уверенно, — ты уже — лучшая версия себя, и всё так необходимое тебе тепло имеется внутри тебя самой.

Он говорил тоном, которого она никогда не слышала у него раньше; что-то в его мимике, в его взгляде, в его осанке изменилось неуловимо — как будто она не видела его несколько лет, как будто он успел стать другим человеком. Это не был тот Дерек, к которому она привыкла, которого она целовала, с которым они вместе шутили и флиртовали, предавались любовным утехам и дразнили друг друга. Это был Дерек, которого она совсем не знала, и чьи простые и уверенные слова давали ей опору, смысл и покой.

Вдруг в глазах его зажглись озорные искорки; он улыбнулся весело и легко, и старым шутливым тоном сказал:

— И, клянусь честью, Рэнь, у Аренсэна нет против тебя ни единого шанса. Ты ещё увидишь его однажды у своих ног, изнывающим от любви, — весело предрёк он, снова шагнул к ней, порывисто обнял, оставил беглый поцелуй на её виске и, ещё разок поймав на прощанье её взгляд и улыбнувшись, развернулся и лёгкой пружинистой походкой отправился в южном направлении.

Она так и не смогла ничего сказать, и некоторое время ещё смотрела ему вослед, а после вернулась в карету, вжалась в угол сидения и прикрыла глаза.

Ею овладело чувство, что, возможно, только что она совершила самую страшную ошибку в своей жизни.

Она ехала так ещё с полчаса, потом снаружи раздались голоса, шум. Карета остановилась. В окошко постучали со словами:

— Госпожа Ринар, простите за беспокойство…

Она узнала одного из наёмников Михара и открыла дверцу.

— Господин Прегар? — холодно обозначила она своё недовольство.

Взгляд означенного господина метнулся в недра кареты; не обнаружив там искомого объекта, зашарил по тёмным углам. Магрэнь едва не рассмеялась: наёмнику явно хотелось забраться внутрь и посмотреть под сидениями.

— Прошу прощения, госпожа, — сдержал свой порыв наёмник и объяснил цель своего явление: — Господин просил вас незамедлительно вернуться в столицу.

Магрэнь выверенным жестом приподняла брови. Она была сильно не уверена, что слово «просил» адекватно выражает михаровский посыл.