Книга В поисках солнца, страница 545 – Мария Берестова

Он мысленно отметил, что план нуждается в детализации — возможно, он пропустил какой-то важный шаг? — и продолжил выполнять придуманную программу: повёз Магрэнь смотреть помещение, которое он купил и теперь начинал оборудовать под её новый парфюмерный завод.

Поездка эта вызвала у Магрэнь заметное оживление; она охотно принялась рассказывать, почему ей так интересно её дело.

— Аромат говорит без слов, — вдохновенно вещала она, — он создаёт настроение, он в какой-то степени — создаёт саму личность. Понимаете, Арни? — он не стал лукавить и сделал лёгкий отрицательный жест. — Чувствуете фиалки? — тут же сунула она к нему своё запястье. — Это ведь совсем не то же самое, что ирис или шафран! — лицо её сияло искренним восторгом. — Каждый новый аромат создаёт новую женщину — всегда другую, всегда особую!

— Обычно от вас пахнет чем-то древесным, — сдержанно отметил Михар.

— Для делового настроя! — мягко рассмеялась Магрэнь и тут же ударилась в перечисления. Михар с удивлением узнал, что у неё более пятнадцати любимых древесных ароматов — это не считая экспериментальных! — и каждый из них выражает какой-то свой неповторимый оттенок.

По правде сказать, сам Михар всегда предпочитал один и тот же проверенный временем одеколон, но после столь вдохновенной рекламы ему захотелось попробовать что-то иное, чтобы проверить, насколько Магрэнь права, и будет ли он сам чувствовать себя иначе, если от него будет пахнуть чем-то другим.

Наконец, они прибыли к будущему заводу.

Что бы сама Магрэнь не говорила о том, что иные духи создают каждый раз иную личность, романтичный фиалковый аромат не помешал ей перейти на деловой настрой. Она с порога засыпала управляющего десятками вопросов и тут же, велев взять блокнот, принялась давать указания, сыпать уточнениями и перечислять важные нюансы.

Михар со скучающим видом стоял у окна. Парфюмерия никогда его не интересовала всерьёз — если не говорить о самой торговле ею — и он не вполне понимал, о чём именно говорит Магрэнь. Не меняя безразличного выражения лица, он, впрочем, скорее любовался ею, чем просто наблюдал: ему нравилось, как на ней сидит придуманное им платье, его привлекала живость, с которой она входила во все дела своего предприятия, ему импонировали её ум и её деловая хватка. «Всё-таки удачный выбор», — мысленно хвалил он сам себя, довольный тем, что всё же решился на этот брак. Магрэнь, чем больше он узнавал её, тем больше казалась ему идеальной спутницей жизни, способной справиться со всем, что требовалось от его супруги.

Меж тем, живой поток её речи обогатился недовольными нотками; Михар, отвлекаясь от своих размышлений, прислушался.

Она была недовольна… как он разобрал, расходными материалами для какого-то мудрёного аппарата. По её упрёкам выходило, что он не совсем справится с температурными перегрузками; управляющий, горячась, доказывал, что материал — отличный, проверенный разными испытаниями и зарекомендовавший себя с лучшей стороны.

Михара насторожило, что голос управляющего стал чуть выше, хотя сам он выглядел спокойным и собранным: выверенные жесты, уверенная поза, глаза не бегают. Демонстративно уставившись в окно, Михар продолжил следить за ним боковым зрением.

Магрэнь уже вовсю листала толстую папку, полную разнокалиберных бумаг; управляющий, уверенно тыкая пальцем в нужные места, отстаивал свою точку зрения. Михар не столько смотрел, сколько слушал, и ему всё ощутимее чудилось в ещё чуть повышенном тоне напряжение.