Книга В поисках солнца, страница 159 – Мария Берестова

— Ты мог бы заметить, между прочим, что у меня траур.

Райтэн мрачно смерил взглядом её наряд и язвительно переспросил:

— Каким образом? Ты по жизни в чёрном ходишь!

Магрэнь прыснула; видимо, причина её траура не очень-то испортила её настроение.

— Я не надушена! — пафосно возвестила она, имея в виду, что именно это обстоятельство должно было несомненно указать на глубину её скорби.

Хмыкнув, Райтэн вскочил, нагнулся к ней и, действительно, понюхал.

— В самом деле, — возвратился он на своё место, — было большим упущением с моей стороны не заметить этот намёк.

Поскольку Магрэнь являлась владелицей парфюмерного предприятия, она имела глубокую слабость к символике запахов. Те, кто знал её достаточно давно, прекрасно считывали, в каком настроении она находится и какие намерения имеет — в зависимости от того, чем именно от неё пахло. Райтэн неплохо ориентировался в системе этих её тайных знаков, но из-за раздражения совершенно позабыл обратить на них внимание.

Бросив на Райтэна выразительный взгляд, Магрэнь отметила:

— Ты и вообще сегодня слабо понимаешь намёки, дорогой.

Ответом ей был мрачный взгляд.

Спустя три секунды он всё-таки сообразил.

— Отец?

Она кивнула.

Её отец тоже был коммерсантом — торговал специями — и теперь его дело перешло к ней.

Откинувшись на спинку софы, Райтэн запихнул руки в карманы и довольным тоном протянул:

— Госпожа Ринар!..

Та оперлась локтем на ручку кресла, а виском — на пальцы, и в той же тональности протянула в ответ:

— Господин Тогнар!..

Прищурившись, Райтэн принялся деловито перечислять:

— Ньонские, либерийские, джотандские, даркийские…

— Стой, стой! — замахала на него руками Магрэнь.

Бодро встав, она направилась к столику и вернулась с бумагой, чернильным прибором и принесёнными из библиотеки книгами:

— Давай-ка сразу конкретику, дорогой! — велела она, подавая ему свою ношу. Затем принялась раскрывать свои книги на сделанных закладках. — Что из этого у тебя есть?

Задумавшись, Райтэн принялся вчитываться и что-то записывать. Затем, наконец припомнив, что пришёл не один, придвинул пару книг Дереку со словами:

— Посмотри, что у нас с этими специями?..

— Как будто я знаю, что у тебя там со специями! — недовольно пробурчал Дерек, но книги взял и тоже стал что-то выписывать.

Соответствующие таблицы он, в самом деле, когда-то помогал другу заполнять, но помнил их, по правде говоря, не совсем чётко.

Магрэнь с минутку поразглядывала их за работой, попивая чай. Она любила загадки, а спутник Райтэна, определённо, был в её глазах загадкой.

Среди анжельцев блондины встречались, пусть и довольно редко. Произношение тоже не слишком-то выдавало в Дереке иностранца — в Анджелии было великое множество диалектов — так что для новых знакомцев он вполне сходил за коренного анжельца.

Магрэнь, определённо, смутили его татуировки, которые слегка виднелись из-под манжет — а сейчас, когда он чуть засучил рукава, работая с записями, они стали ещё лучше видны. Зачем бы коренному анжельцу понадобились джотандские ритуальные татуировки — было не очевидно.

Среди джотанцев, правда, тоже встречались блондины — в северных краях. Но обычно джотанцы были людьми высокими и плечистыми, и субтильный Дерек не очень-то подходил под такой типаж. Что, впрочем, не исключало самой вероятности; однако то, каким образом Райтэн разделил между ними книги, было косвенным свидетельством того, что Дерек всё же не джотандец — поскольку джотандскую Райтэн загрёб себе.