Книга В поисках солнца, страница 106 – Мария Берестова

Вывод напрашивался один: подавать какие бы то ни было жалобы господин Анодар и не собирается.

Сделав это открытие, Илмарт в первый момент испытал облегчение — его званию и службе ничего не грозит! — но после этого погрузился в стыд, ранее не настигший его только из-за остроты переживаний по поводу грядущего разбирательства.

Илмарт с детства был не прочь почесать кулаки, и был в этом деле весьма неплох. Количество драк, пришедшихся на его отроческие и юношеские годы, выходило за всякие разумные пределы. Позже служба в марианской армии заставила его научиться держать себя в руках, и окончательное преображение произошло уже в Брейлине — поскольку жандарму, мечтающему о звании майора, точно не стоит ввязываться в потасовки.

Правда, он частенько спускал пар, участвуя в кулачных боях в казарме — развлечение, которого не чурались и офицеры, — и по праву гордился тем, что был одним из лучших.

Стыдно Илмарту было по двум причинам. Во-первых, Дерек даже чисто на взгляд был ему не соперник, а бить того, кто заведомо слабее, определённо, бесчестно. Во-вторых, сама причина драки тоже вызывала острое недовольство собой: он своим срывом вроде как усугублял глубину своего поражения на любовном поле.

Одним из качеств, далеко отделяющем Илмарта от его соотечественников-марианцев, было мучительно обострённое понятие личной чести. В Мариане в порядке вещей было подставлять, манипулировать, заманивать в ловушки, бить в спину и побеждать любой ценой. С детства Илмарту претили обычаи родной страны, и, чем больше он сталкивался с этой стороной марианской жизни, тем упрямее воздвигал свой собственный кодекс чести.

И вот, в один день он опрокинул всё, во что верил, нарушив целый ряд принципов этого высокого кодекса. А теперь ещё и, судя по всему, избежал ответственности за содеянное.

Илмарт с честью принял бы наказание, установленное для него судом, даже если бы наказание это было несправедливо тяжёлым — чего можно было ожидать, имея дело с таким всеобщим любимчиком, как господин Анодар. Илмарт не удивился бы, если бы вместо честного суда получил бы ответку в виде посланных по его душу бандитов — хотя, конечно, не дал бы им себя убить, если бы это хоть сколько-то зависело от него.

Но чего Илмарт точно не мог снести — так это такого вот игнорирования его проступка!

Поэтому однажды вечером — после дежурства — он нагрянул к Дереку: предъявлять претензии по поводу отсутствия претензий.

Беспечный Дерек, который привык после звонка в придверный колокольчик сперва открывать дверь, а уж потом выяснять, кто и зачем пришёл, определённо, впервые в жизни задумался о том, что Райтэн был прав, пеняя на отсутствие базовой осторожности в таких вопросах. Пожалуй, он даже успел испугаться, потому что Илмарт несколько помедлил с озвучиванием цели своего визита, так как чувствовал себя неловко вдвойне: и из-за драки, и из-за того, что собеседник знал о его чувствах к Лэнь.

Впрочем, пока Дерек растерянно моргал и пытался придумать, до какого оружия ему быстрее добежать и каким именно образом было бы удачнее дать отпор, Илмарт всё-таки собрался с мыслями, прокашлялся и заявил:

— Анодар, я не нуждаюсь в твоём снисхождении и требую предоставить наше дело в суд!

Такой заход и совсем уж выбил почву из-под ног Дерека, и он вконец перестал понимать, что происходит. Ему одинаково необходимо оказалось переспросить, какое-такое снисхождение, какое-такое дело, почему это дело «наше» и причём тут какой-то суд.