Книга Любовь. Измена. Развод, страница 90 – Мария Высоцкая

Не хочу, но лишь преследуя эту важную цель, звоню свекрови.

Долгие гудки нервируют. Она решила меня игнорировать теперь?

— Объявилась, наконец-то?! Совесть замучила?

И вот это, я слышу вместо приветствия. Прекрасно просто!

— Нет, но у меня к вам дело.

— Какое еще дело?

— Это касается вашего внука.

— Нет у меня никакого внука. У меня сын арестован, мой мальчик, ему нужна помощь, а ты …

— Ваша помощь нужна еще не родившемуся ребенку. Ребенку вашего сына между прочим. Илье уже ничего не поможет.

На мое последней фразе свекровь всхлипывает.

— А вот малышу, вы можете дать достойное будущее. Так я заеду?

Лилия Константиновна встречает меня без привычной улыбки, как это было раньше.

Киваю и прохожу вглубь квартиры, не забывая разуться. У свекрови хороший вкус. Уютно.

На нервах хочется растереть предплечья, но я себя одергиваю. Прохожусь ладонями по бедрам, будто разглаживаю складки на брюках и без приглашения присаживаюсь за круглый обеденный стол в гостиной, прямо возле окна. Вид отсюда прекрасный. Илья купил своим родителям квартиру в историческом центре, с видом на набережную.

— Чаю не предложите?

— Выкладывай, чего хотела.

Свекровь, теперь уже бывшая, недовольно поджимает губы, но вступать в открытый агрессивный конфликт не спешит. Только присаживается напротив и, судя по всему, так же как и я, чувствует себя не в своей тарелке.

Небрежными движениями разглаживает белоснежную скатерть и поднимает взгляд. Смотрит мне в глаза и словно с каким-то сожалением покачивает головой.

— Я же так хорошо к тебе всегда относилась. Ты мне как дочка была.

— И именно поэтому вы молчали? Когда ваш сын мне изменял, вы были в курсе же. Были!

— Это просто интрижка. Со всеми бывает.

— От интрижки детей не появляется, да и квартиры на долгие месяцы не арендуются…

Лиля фыркает и отворачивается. Смотрит в окно.

У меня нет времени смотреть этот спектакль одной актрисы, а уж участвовать в нем, и подавно.

— У вас скоро родится внук. Или внучка. И если в вас осталась хоть капля человечности, вы просто обязаны сделать все, чтобы этот ребенок был счастлив и жил в достатке. Я уже связалась с, — морщусь, — Надеждой…

— А что, если я не хочу? Не хочу воспитывать какого-то непонятного ребенка? С чего ты взяла, что он вообще наш? Что он от Ильи?

— Антипов делал тест на отцовство, — жму плечами. — Так что это точно ваш ребенок.

Лилия Константиновна облизывает губы, нервно барабанит пальцами по столу.

— Нет, — качает головой.

— Ваш выбор.

Уже хочу подняться, но слышу хлопок где-то поблизости.

Свекровь вздрагивает. Мы обе смотрим в сторону источника шума.

— Совесть имей, Лиля, — басит свекор и выходит к нам из спальни. — Здравствуй, Света.

— Здравствуйте.

— Ты знаешь адрес этой девочки?

— Знаю.

— Хорошо. Напиши мне, я во всем разберусь и помогу, чем смогу.

Лилия Константиновка закатывает глаза.

— Одного ты уже воспитала. Любимчик. И где он сейчас? Сядет! За делишки свои. А я говорил! С самого начала говорил.

Пока они выясняют отношения, быстро пишу адрес и выскальзываю в прихожую, где вскоре меня нагоняет бывший свекор.

— Ты прости нас Света. За все. А за сына нашего, больше всего.

— У меня все хорошо.

Раньше, этот мужчина ограничивался лишь парой фраз. Я вообще думала, что он меня недолюбливает, в отличие от свекрови. А оказалось вот наоборот…