Книга Любовь. Измена. Развод, страница 60 – Мария Высоцкая

Звук распахнувшейся двери пугает. Поворачиваю голову и снова вижу Илью. Это сон? Опять сон?

Антипов вытягивает руку, в которой сжимает пистолет.

— Свет.

Голос Жени теперь близко. Он проснулся. Он тоже видит Илью.

Антипов нажимает на курок. Выстрел оглушает. Я кричу, а Женя падает на пол. Кровь, кажется, повсюду. Пол, моя сорочка, руки, я пытаюсь зажать рану, но у меня не выходит.

Это сон. Сон! Бормочу, зажмуриваюсь и пытаюсь проснуться, но не получается. Неужели это правда? Не может быть, не может быть.

— Женя, — бью его по щекам, а он не дышит.

— Довольна? — снова голос Ильи.

Чувствую холод металла, приставленного к своему черепу. Зажмуриваюсь.

Выстрел звучит раскатом грома. Я кричу, а последнее, что вижу, как реальность вокруг закручивается волчком, а потом исчезает.

— Света! Света…

Распахиваю глаза. Меня трясет, касаюсь кончиками пальцев щеки и понимаю, что плачу.

— Света, — голос Жени, вроде бы реальный.

— Ты настоящий? — трогаю его за плечо, Снегур склонился надо мной, чтобы разбудить. — Не сон?

— Не сон, — присаживается на край кровати, и я тут же отползаю немного в сторону, чтобы освободить для него место. — Кошмар?

— Сон во сне. Так реально, — обхватываю подушку и сажусь у изголовья койки. А у самой зубы стучат. Холодно и страшно. Я до сих пор где-то там, лечу в пропасть после выстрела.

Женя зажигает ночник. Быстро вытираю слезы и настороженно смотрю по сторонам. Я же точно проснулась в этот раз?

Вытягиваю руку и трогаю Женю. Руку, плечо, лицо, волосы. Выгляжу, наверное, безумной. Но мне нужно убедиться, что это по-настоящему.

— Ты не спишь, — подтверждает.

— Мне в туалет…

Тихонечко сползаю с кровати и шлепаю босыми ступнями по прохладному полу. Удивительно, как я не заметила этого, не поняла, что сплю. Ведь пол под ногами там совсем не ощущался.

Щелкаю выключателем. В душевой загорается яркий свет. Дверь намеренно оставляю приоткрытой и подхожу к зеркалу. Умываюсь, но постоянно прислушиваюсь к звукам, стараюсь прочувствовать, нет ли никого поблизости.

Свет не мигает. В комнате только я.

Быстро делаю все свои дела, мою руки и возвращаюсь на кровать.

Женя стоит у окна, что-то печатает в телефоне похоже. Забираюсь под одеяло, поглядывая на Снегура не без интереса.

Честно говоря, так хорошо, что он остался. Я с ума уже схожу. Была бы одна сейчас, точно больше бы не уснула.

— Ну ты нормально? — Женя подходит к креслу, упирается ладонью в спинку.

— Вроде да. Жутко слегка. Не знаю, усну ли вообще сегодня больше, — вздыхаю.

— Двигайся.

— Чего?

— Двигайся давай.

Растерянно впечатываюсь спиной в стену, не решаясь спорить.

Женя ложится рядом. Набок. Под одеяло не лезет, но я все равно заворачиваюсь в него как в кокон.

Снегур почти сразу притягивает к себе. Обнимает. Упирается подбородком мне в макушку, а сам укладывается на свою руку вместо подушки.

— Что ты делаешь? — спрашиваю, ощущая его крепкие объятия даже через одеяло. — Жень…

— А сама, как думаешь?

— Он в тебя стрелял, — бормочу, — во сне, Илья в тебя стрелял и, кажется, убил. Там столько крови было.

Женя хрипло смеется.

— Так ты поэтому плакала? Жалко было?

Чувствую в его голосе улыбку.

— Дурак, — вздыхаю.

— А другой сон?

— Какой другой?

— Сама сказала, сон во сне.

— А, там, там ничего ужасного.