Книга Семья. Измена. Развод, страница 84 – Мария Высоцкая

— Свидание. Обещай, что когда вернемся домой, то мы с тобой сходим на свидание. Один вечер.

— С животом? — опускаю взгляд.

Миша кивает. На его губах расцветает улыбка. Его огромная, по сравнению с моей, ладонь ложится на живот, и именно в этот момент малышка начинает пинаться.

— Оливия, — Мишка произносит это имя вслух, а у меня дыхание перехватывает.

— Откуда ты знаешь? — шепчу.

— Что?

— Имя.

— Это одно из тех, что я хотел тебе предложить.

Во все глаза на него смотрю, потому что это именно то имя, которое я выбрала. Буквально вчера до конца определилась и еще никому не сообщала. Даже Марку.

— Правда?

Слезы сами собой наворачиваются.

Миша хмурится, крепче сжимает мои пальцы, а потом касается губами тыльной стороны ладони.

— Правда.

— Я тоже выбрала именно это имя, Миш…

* * *

Мы стоим в аэропорту. Миша разбирается с багажом, а Марк юлой крутится рядом с ним. Делаю глоточек воды из бутылки и не верю, что скоро буду дома.

Такое ощущение, что не два месяца меня не было, а годы. Долгие годы. Все такое родное, но одновременно чужое.

А может, все это лишь потому, что другая теперь я?

— Марк, не мешай папе, — вытягиваю руку, и сын тут же бежит ко мне.

— Я не мешал.

— Наиграетесь еще. Сейчас он с чемоданами разберется, и поедем.

— А мы на нашей машине?

— На нашей.

Миша прижимает Марка к себе за плечо, а потом треплет по голове. Сын морщится и изо всех сил пытается вывернуться.

— Ты оставил тут машину?

— На парковку платную отогнал. Думал же, что на три дня лечу.

— Точно. Марк, никуда от нас не отходи.

— Ага.

Только вот, едва мы оказываемся на парковке и Марк видит Мишину машину, про свое обещание забывает. Несется как угорелый в сторону «Мерседеса».

— Марк, — вздыхаю.

— Да пускай.

Миша нагоняет сына, быстро загружает чемоданы и помогает мне залезть в салон.

— Ремень для беременных? Когда ты успел?

Миша помогает мне пристегнуться, но ничего не отвечает.

— Секрет фирмы, — поясняет, уже сев за руль. — Марк, ты там как? Не вырос еще из своего кресла?

— Вырос. Вырос, смотри, уже почти не влезаю.

Сын, конечно, преувеличивает. Но ему доставляет огромное удовольствие, что кто-то, так же как и он, считает, что за эти два месяца он вырос.

Нет, вытянулся слегка, конечно, но не настолько, чтобы кресло стало мало.

Всю дорогу из Москвы до нашего города я пребываю в полусонном состоянии. Изредка открываю глаза, пытаясь понять, где мы, но, толком не разобравшись, снова проваливаюсь в сон.

— Мама, приехали!

Распахиваю глаза от криков сына и понимаю, что мы и правда у дома. Отстегиваюсь, а когда вылезаю на улицу, пристально все рассматриваю. Дом без моего присутствия не рухнул. Газоны все так же подстрижены, кусты идеальные, дорожки чистые, и внутри все тоже блестит.

Странно было думать, что вернемся мы в пыльный склеп, но мысли такие закрадывались.

— Мой батут.

Марк с визгами лезет в свой батут, установленный недалеко от крыльца, пока Миша вынимает чемоданы из багажника.

— Ты был прав, он соскучился по дому.

— А ты?

Сталкиваемся с Мишей взглядами.

— Не знаю, — пожимаю плечами, — мы слишком мало здесь прожили. Все было немного чужим еще. У Марка с этим проще.

— Согласен. Чемоданы куда?

— Поставь в гостиной, все равно надо в стирку. Завтра моя помощница по дому приедет, займется этим.