Книга Бывшие, страница 74 – Мария Высоцкая

Черт! Нужно было остаться дома. Переспать со всей этой информацией и поехать к Русу завтра. Черт! Куда же пропала рассудительная Настя? Я ведь всегда именно такой и была. Почти всегда. Сначала думала, потом делала, но сегодня так не выйдет. Я себя сожру, лежа в постели и глядя в потолок, этой ночью. Точно сожру.

Выхожу из лифта и останавливаюсь напротив двери в квартиру Руслана. Затаив дыхание, жму на дверной звонок.

Время снова замедляется. Проходит вечность, прежде чем Рус ее открывает.

— Привет, — взмахиваю рукой и залетаю в квартиру как к себе домой. Растираю плечи, прокручиваюсь вокруг своей оси и только сейчас замечаю, что Руслан стоит передо мной в одних брюках.

Быстро оглядываюсь. Складывается впечатление, что он здесь не один. Ежусь от бегущего по позвоночнику холодка.

— Я помешала? — шмыгаю носом и пячусь, пока не вжимаюсь спиной в стену.

— Что-то случилось? — спрашивает вкрадчиво, осматривая меня с головы до пят.

— Я поговорить хотела…

Руслан вытягивает руку в направлении гостиной. Это такое приглашение, видимо.

Подобравшись, запахиваю пальто на груди плотнее и проскальзываю в комнату.

— Ты не один? — реагирую вопросом на довольно приглушенный, почти интимный свет.

Руслан проходит мимо меня к бару. Наливает что-то в бокал и выпивает его залпом.

— Один, — отвечает, как только осушает бокал.

— Хорошо, — киваю и, потерев нос ладошкой, сажусь на диван, снова крепко себя обняв. — Я приехала, чтобы кое-что спросить.

— Валяй, — ставит бокал на бар и упирается локтем в глянцевую поверхность позади себя.

— Мне тут мама кое-что рассказала сегодня. Про то, что тогда случилось…

Тараторю, смотря на свои колени, а когда отрываю взгляд и перевожу его на Руса, вижу, что он ухмыляется в своей этой пассивно-агрессивной манере.

— Что именно? — интересуется, приподняв бровь.

Быстро рассказываю все, что знаю. Сбивчиво, иногда повторяясь по несколько раз и отслеживаю. Каждую его реакцию в этот момент отслеживаю. Почему-то в глубине души мне не хочется верить, что все это правда. Не хочется записывать свою мать в монстры, не хочется ее еще больше демонизировать. Совсем.

Руслан внимательно меня слушает. За все время моего рассказа выражение его лица не меняется. Это максимально спокойная маска, по которой невозможно считать никаких эмоций.

Договорив, зажимаю сложенные вместе ладони коленями и снова смотрю на Руслана. Он отталкивается от барной стойки, пересекает комнату и садится в кресло напротив меня.

— И чего ты хочешь от меня, Настя?

— Это правда? — хватаю губами воздух и молюсь, молюсь, чтобы все это было ложью.

Глупо. Очень глупо. Я словно в развитии в этот момент откатываюсь, честное слово.

Он кивает.

Смотрю на него и чувствую, как по щекам снова катятся слезы. Не плакать не получилось.

— Прости, — всхлипываю, прижимая ладонь к губам. — Извини меня за мою мать.

— Не реви, — слышу его грубый голос. — Было и было.

Часто киваю, будто это поможет успокоиться. Руслан продолжает сидеть напротив и смотреть на меня. Единственное, что выдает хоть какие-то его эмоции, это то, как он впивается пальцами в ручку кресла. Складывается впечатление, что еще немного — и он выдерет ее с мясом.

— Настя! — чуть прикрикивает.

Я замираю. Застываю с выпученными глазами, но это помогает.