Книга Она моя зависимость, страница 4 – Мария Высоцкая

Мама встречает меня слезами и раздражающим шепотом. Она что-то бормочет, пытается жалеть, но все, чего я хочу, – это уйти в свою комнату и лечь спать.

Пожалуйста, пусть уже этот день закончится.

— С ней все в порядке, – встревает Андрей.

Мама быстро переключается на него, начиная допытываться о случившемся. Андрей рассказывает в двух словах о произошедшем. Про нашу ссору умалчивает, а вот мое падение и удар головой осветить не забывает.

Он объясняет ей, что я цела и невредима, но мама снова рыдает. Еще громче.

Зажмуриваюсь и просто иду к себе.

Бросаю телефон на стол, а сама падаю на кровать. Раздеваться нет ни сил, ни желания.

Меня ни для кого нет. Веки тяжелеют, сон приходит так быстро. Я вижу яркие картинки, они сменятся друг за другом до самого звона будильника. Нехотя выползаю из-под пледа и щелкаю кнопку «стоп». Мелодия прекращается, а в кухне слышится тихий гул от телевизора.

Пока иду в душ, снова пью выписанные врачом таблетки. В одном Андрей был прав: мне стоит показаться другому специалисту, потому что состояние просто швах. Еще немного – и мой мозг взорвется.

Пока я моюсь, мама готовит завтрак. От запаха еды меня воротит, и в мой адрес летит робкое материнское предположение о беременности. То, что вчера я приложилась башкой об асфальт, наутро она почему-то в расчет не берет.

— У меня легкое сотрясение, – проясняю и делаю большой глоток теплого чая без сахара. — И вообще, как там Катя?

— Еще вчера ревела от боли, а сегодня, радуется, что теперь на больничном.

— Ну, тоже не плохо.

В девять выхожу из дома. Точнее, сбегаю от гиперопеки в виде постоянных вопросов. Леська подхватывает меня по дороге, беспокойно расспрашивая о прошедшей ночи.

— …как-то так, – заканчиваю свой длинный и максимально эмоциональный монолог. И, честно говоря, мне становится легче. Все же выговориться в сложившейся ситуации – лучшее лекарство.

— Ну она и тварь, – Олеся фырчит и припарковывает машину на стоянке универа. – Я могла что угодно ожидать от его мамаши, но такого… Хотя сыночек недалеко ушел.

— Давай закроем тему, ладно?

Леська кивает и стреляет глазами на вход.

Андрей бросил свою тачку прямо у ступенек, сам же стоит, опершись на капот. Почему-то в том, что ждет меня, не сомневаюсь.

Набираюсь сил и с каменным лицом иду мимо. Не хочу его видеть и слышать нелепые оправдания – тоже.

— Есь, стой, – он хватает меня за руку, и мы с Леськой мгновенно ощетиниваемся.

Подруга бьет его по предплечью, я же тем временем пытаюсь высвободить запястье.

— Панкратов, корявки свои от нее убери!

— Бережная, захлопнись и иди, куда шла.

Олеся сглатывает и еще раз ударяет его по плечу.

Андрей отталкивается от машины и делает шаг в ее сторону. Мою руку при этом не отпускает. Олеся пятится, нервно осматриваясь вокруг себя.

— Лесь, иди, я сама. Правда.

— Я не оставлю тебя с этим психом.

— Олесь, – улыбаюсь, и подруга кивает.

Все время, что Леська поднимается по ступеням, она не отрывает от нас глаз. В какой-то момент спотыкается и просто налетает на Кострова, который не позволяет ей упасть.

Появление Женьки явно отвлекает ее от моих проблем. И это к лучшему.

— Чего ты хочешь, Андрей? – выдыхаю, стараясь выглядеть максимально отстраненной. И неважно, что мне адски больно, перед глазами до сих пор стоит эта омерзительная картинка – он и эта его Ира.