Книга Она моя зависимость, страница 27 – Мария Высоцкая

То, что никто не выказывает протеста и мое настроение портится, неоспоримый факт. Сразу хочется уйти.

Что я, в принципе: и делаю, предлагаю Андрею подняться в номер. Слушать Иркин треп и дурацкие намеки нет ни сил, ни желания. В итоге все это может вылиться в скандал, который совершенно никому не нужен.

Андрей пожимает парням руки, а я наклоняюсь к шезлонгу, чтобы забрать свой халат. Спиной чувствую, что за мной кто-то стоит.

Хочу выпрямиться, но по лицу быстрыми струйками начинает стекать липкая жидкость, воняющая алкоголем.

— Прости, я оступилась и случайно…

Ирка стоит с пустым бокалом в руке, изо всех сил изображая сожаление. Эта идиотка вылила мне на голову какую-то дрянь.

— Ты совсем ненормальная?

— Я же сказала, что не специально.

— Правда? – я повышаю голос, мгновенно приковывая к нам внимание.

Андрей делает несколько быстрых шагов в мою сторону, Веселова прищуривается и как бы невзначай выставляет ногу. Ее подножка становится последней каплей, я запинаюсь, успеваю удержать равновесие и, не думая ни о чем, толкаю ее в сторону бассейна.

Нельзя сказать, что эта драка, скорее потасовка с дикими визгами. Андрей оттаскивает меня, но я успеваю столкнуть эту ненормальную в бассейн.

— Сумасшедшая! – Веселова выныривает из воды со слезами на глазах. – Она мне волосы выдрала. По тебе психушка плачет. Дегенератка.

Разжимаю кулак, только сейчас понимая, что в моей руке и правда клок ее белобрысых волос.

Кусаю губы до дикой боли, чтобы успокоиться, но это не помогает. Меня колотит.

Андрей позволяет мои ступням соприкоснуться с полом и набрасывает на плечи белый халат.

— Пошли в номер.

У него такой голос, что мне становится страшно. Он злится на меня? Только я не виновата. Она же первая…

Андрей бросает взгляд на потрепанную Ирку, а после – на Жданова.

— Рома, выкинь эту дуру отсюда, – это последнее, что он говорит, прежде чем уйти.

В лифте нас окутывает молчанием. Я смотрю в одну точку, расковыривая свой новенький маникюр. Андрей же просто запрокинул голову, упершись затылком в стену. Хотя при этом крепко прижимает меня к своей груди.

В номере я сразу иду в душ. Встаю под ледяные струи воды и начинаю громко рыдать. Закусываю запястье, чтобы мой вой не разносился по всем комнатам, и закрываю глаза.

Несколько раз промываю волосы с шампунем, стараясь вывести мерзкий запах спирта и малины. Намазываю кончики бальзамом и, ополоснувшись еще раз, заворачиваюсь в полотенце.

Когда выхожу из ванной комнаты, понимаю, что в номере пусто. Я здесь одна.

Андрей возвращается минут через пятнадцать, когда я уже успела залезть под одеяло и выключить свет. Его руки обхватывают мою талию, и он тянет меня на себя. Вздрагиваю, стараясь повернуться к нему лицом. В комнате темно, и я его не вижу. Так, какие-то очертания.

— Я не хотела, – шепчу, чувствуя, как его пальцы зарываются в мои влажные волосы, которые я слегка подсушила феном.

— Ты думаешь, что я на тебя злюсь?

Его голос кажется таким громким и даже инородным. За эти полчаса я окончательно сроднилась с тишиной.

— Не знаю.

— Нет. Мне просто было нужно время, чтобы не убить эту пришибленную и разобраться во всем без последствий для Ромы. Это их отель.

— А отец Иры – судья, я помню. Извини, что так вышло. Я не подумала, что могут быть проблемы такого рода…