Книга Она моя зависимость, страница 128 – Мария Высоцкая

За эту неделю я действительно о многом передумала. С Андреем больше намеренно не связывалась. Очень хотела разобраться в себе. Понять, чего же я на самом деле хочу.

Что чувствую к нему? Готова ли смириться вот с такой реальностью… Да и вообще, после всего, что между нами произошло, побыть одной – наилучший вариант. Вместе, сейчас, мы бы были как два запертых в банке скорпиона, хотя… последние месяцы мы именно так и жили…

— Главное – позитив. Во всем.

— А то, я смотрю, ты слишком позитивная, – улыбаюсь, опуская чайный пакетик в кипяток.

— Ладно. Уела. Не мне давать советы. Но поговорить вам стоит.

— Не уверена… Ты знаешь, мне сегодня очень нужно на пару часов будет отъехать в магазин, памперсы заканчиваются, и в аптеку забежать нужно, без Майи. Ты не могла бы с ней посидеть? Я очень быстро вернусь.

— Хорошо, только оставь все инструкции в письменном виде, чтобы я тебя не дергала.

— Спасибо.

— Да ладно, – Оля в несколько быстрых движений заплетает свои шикарные каштановые волосы в косу и откидывает за спину.

— Ты не переживай, мы тебя долго стеснять не будем. Еще пара дней максимум. Мне нужно просто немного с мыслями собраться, определиться…

— Зачем тебе куда-то уезжать? Я так к вам привыкла за эту неделю.

— Он нас найдет. Это исключительно дело времени. Не хочу с ним встречаться до того, пока не определюсь, как нам жить дальше. Вместе или…

— Все-таки хочешь подать на развод?

Пожимаю плечами. Не знаю я. Абсолютно не знаю. Внутри, конечно, сидит тысяча противоречий. С каждым днем я все чаще думаю об Андрее и о том, что, сбежав, возможно, совершила самую большую ошибку. Но кто знает, что было бы, если б я не ушла… Хуже, лучше…

Гадать сейчас бессмысленно.

— Может, все еще наладится?

— Может…

— Ты его любишь?

— Люблю, – утверждаю. Да, именно утверждаю, потому что даже головой киваю в такт своим словам. Я люблю Андрея, очень люблю. Но смириться с его враньем не могу.

Эти женщины, голоса, помада… Боже, да мне вся эта муть каждую ночь изо дня в день снится. Я постоянно о нем думаю, постоянно. Иногда ненавижу так сильно, что заорать хочется. А иногда зарыдать. Упасть и долго плакать от беспомощности. Потому что в душе становится так тоскливо без него.

— Ты уверена, что он, ну… что изменил?

Долго смотрю в одну точку, а когда перевожу взгляд на Олю, всхлипываю. Суетливо растираю по щекам слезы, которые размыли мне всю картинку. Сбили резкость и сделали почти слепой.

— Не знаю, – шепотом. – Я боюсь того, что это правда. Боюсь, что поверю в его оправдания, а потом всю жизнь буду жить с мыслью, что он был мне неверен. Где-то глубоко внутри это будет сидеть, – прижимаю ладонь к сердцу.

— Не плачь, – Оля тянет ко мне руки. Касается плеча. Такай легкий знак поддержки. – Ну не плачь, – уже тише, – пожалуйста, иначе я то… – всхлипывает, – …тоже разревусь.

— Прости, – качаю головой, а успокоиться не могу.

— Какие же мужики все-таки козлы.

* * *

После ночных посиделок почти до четырех утра я чувствую себя бодро. На удивление.

Поправляю свой темный парик, стриженный под каре, и подкрашиваю губы бежевой помадой. Не знаю, насколько это адекватно, но, передвигаясь по городу, я предпочитаю конспирироваться. У Андрея много друзей, знакомых, я не хочу, чтобы в один прекрасный день он свалился в Олькину квартиру как снег на голову. Но то, что такое возможно, конечно, не отметаю. С Андреем вообще всякое возможно.