Книга Я (не) согласна, страница 65 – Ли Беннетт

— Нравится? — появившись рядом, поинтересовался тихо друг

— Они прекрасны, — наклонившись к бутону, носом потянула невероятный аромат цветка, который в очередной раз вызвал всплеск счастья. Прикрыла глаза и не могла надышаться.

Казалось бы, глупость такая, приходить в восторг от цветов. Но, это то немногое, что помогало мне держаться. Не смотря на маленькую жизнь и угрозу быть сорванным, цветок рос, распускал бутон и делал то, что получалось у него лучше всего — дарил счастье и зрительную эйфорию тому, кто находился рядом.

— Это камелия, — просветил меня друг, — она привезена из Японии. Считается цветком самураев.

Оторвавшись от лицезрения природного произведения искусства, я перевела вопросительный взгляд на друга

— Почему самураев?

— Согласно приданию, камелия (цубаки — как её называют в Японии) как и сакура символизировала короткую, но яркую, в ореоле славы жизнь или верность господину даже перед лицом смерти.

— Ого, и откуда ты всё это знаешь? — Ник всегда меня удивлял познаниями в ботанике, хотя я ни разу не видела его открытый интерес к растениям. Он всегда был полностью поглощен компьютерами.

— Трудно не интересоваться, когда у тебя есть подруга, которая шизеет от каждого цветка и работает "почемучкой", — Ник ободряюще улыбнулся, — Мне нравится быть для тебя полезным.

На моих глазах появились слезы. Я в один шаг оказалась рядом с Ником и крепко обняла его, стараясь передать все то, что чувствую ему. В ответ Ник обнял меня ещё крепче.

— Спасибо, — прошептала одними губами, думая, что Ник не услышал. Но он, как всегда, всё слышал, и поцеловал мою макушку.

— Ты знаешь, — я выпуталась из аккуратных, но стальных объятий и кивнула в сторону камелии, — Этот цветок кажется особенным для меня. Сложно объяснить почему, но он наталкивает меня на мысль, что верность и доверие близким — самое важное. И, как на самом деле хрупка и скоротечна наша жизнь…, - вздохнула, — Ладно, глупость очередная.

— Доверие и верность — это действительно самое важное в любых отношениях. С их появлением всё начинается, а с уходом — заканчивается.

Ник загадочно улыбнулся, многозначительно хмыкнул. Не могла не улыбнуться в ответ.

И вот сейчас, десять лет спустя, я стою во дворе своего самого близкого и родного человека. Он переехал в этот дом совсем недавно.

Стою и смотрю на цветок, что растёт прямо в центре беседки. Камелия… Это точно не совпадение, эти цветы достаточно тяжело найти.

Он всё помнит… Глубоко вдохнула, пытаясь унять ворох эмоций в сердце. Из раздрая меня вырвал голос мужа

— Всё в порядке? — он смотрел внимательно, явно переживая

— Да, — тряхнула головой, — Извини.

Тайлер сощурил глаза, но спрашивать ничего не стал. Мы сели за стол, друг напротив друга.

Здесь, наш разговор никто не услышит и не прервет. Тайлер первый нарушает тишину.

— Что тебя так сильно мучает, Мэл? Задавай свои вопросы, я готов дать на них честные ответы.

Мозги, будто только и ждали этой отмашки, чтоб начать лихорадочно формулировать вопросы, которые меня интересовали. На фильтрацию ушло чуть больше минуты.

— Вы действительно были друзьями с Ником?

— Друзья? — хмыкнул, — Это слишком слабо сказано. Мы смотрели в одном направлении и имели очень схожие взгляды. Мы хотели произвести революцию в городском развитии медицины. Ник отвечал за технический аспект. А я был управленцем.