Книга Опера вызывали?!, страница 51 – Ульяна Романова

В воротах парка показалась пельмешка. Такая, что у меня мгновенно оживилось то, что и до этого было крайне живо.

Она распустила свои светлые волосы, которые трепал ветер, и надела платье. Черное, с глухим воротом, длиной до колена. Но я встал в стойку. Мгновенно. Мозги отключились в ту же секунду, пока я чуть ли сжирал ее взглядом.

Красивая, зараза, до одурения. Уверенная в себе и… Чистая. Я давно таких не встречал. Характерная, целеустремленная, знающая, чего хочет, и при этом легкая и воздушная.

Она легкой походкой шла ко мне, на ходу заправляя волосы за ухо. Надула свои пухлые губки, заметив меня, несколько раз взмахнула ресницами и все, я в нокауте.

И не сразу заметил, как мимо нее пробегал парнишка в кепке, темных очках и мастерке с капюшоном.

Он быстро и ловко выдернул из ее рук сумку, оставляя Цветочка хлопать глазками от непонимания ситуации, и дунул внутрь парка.

Я вздохнул, быстро осмотрелся, решил, что кидаться кирпичами в парке не стоит, снял кроссовок, прицелился и… Попал! В яблочко. Точнее, в голову.

Парнишка испугался, отбросил сумку Цветочка на траву, быстро кинул взгляд на меня, и только его и видели.

Я же, как хорошо откормленная химией Золушка, стоял у лавки в одном кроссовке.

— Цветочек, сумку! — рявкнул, заметив, что она испугалась.

Лиля, наконец, отмерла и суетливо побежала в траву, чтобы взять свою сумку.

— И кроссовок! — командовал я дальше без зазрения совести.

Глава 22

Жека

Лилечка, все еще немного пришибленная, подошла ко мне, бережно прижимая сумку к груди. Вернула кроссовок и неожиданно полюбопытствовала:

— Гений, скажи честно, ты это специально, да?

— Что специально? — не понял я.

— Ограбление это, — она замахала рукой в воздухе.

Я сел на лавку, вздохнул и выдал:

— Специально, Цветочек. Вот вчера как от тебя ушел, пацану позвонил и до самого утра меткость тренировал, чтобы точно перед тобой лицом в грязь не ударить. Ночка зашибись была, сон же, он для слабаков. Поэтому он всю ночь мимо бегал, а я кроссовками в него кидался. Первые раз двадцать промазал, но с двадцать первого так натренировался, что летящей белке в глаз кроссовком попаду. Правда, паренек теперь чуть контужен, но все для тебя, принцесса, лишь бы ты улыбалась.

— Так почему ты его не задержал?

— Ох, я ж забыл, что ты у нас будущий генеральный. Ну простите, госпожа начальник, — я развел руками, — исправлюсь. Сегодня же подниму по тревоге весь личный состав, ОМОН, СОБР, «Гром», всех кинологов с собаками… Оцепим парк и точно поймаем нарушителя.

— А если завтра он кого-то другого ограбит? — пылала праведным возмущением пельмешка.

— Тогда этот кто-то другой пусть пишет заявление. Лиля, твою мать, кто тебя учит? У вас там хоть немного занятий, приближенных к реальности, есть? Этому бегуну парковому максимум штраф и административку, а работы у меня и без него вагон, тележка и маленький прицеп тонн на десять!

— А может, ты просто лентяй?

— Может, — со вздохом согласился я и опустил голову, — но разорваться на сотню маленьких Женьков я тоже не могу, пельмешка, чтобы все парки патрулировать. У меня три убийства, одно с отягчающими, и два вооруженных ограбления с нанесением тяжких телесных. И за каждое с меня начальство отчет требует. Но я, конечно, все брошу и пойду искать твоего воришку, раз будущий генеральный настаивает.