Книга Ты теперь не одна, страница 54 – Ульяна Романова

Я замерла от страха, не в силах пошевелиться. Перед глазами все поплыло, а по позвоночнику прошла ледяная волна паники.

— Запру. В самой строгой психушке, где из тебя сделают растение. Покорное растение.

— Вот, что тебе нужно? Покорность? Привык, что все пляшут под твою дудку, а я посмела отказать тебе?

— Заткнись, Олеся! Или я за себя не отвечаю.

— И что? Придумаешь для меня новую игру? Давай. Последнюю. Ты или я!

Не знаю, что со мной произошло в тот момент. Словно щелчком в голове переключили какой-то невидимый тумблер, или я перешагнула ту точку кипения, когда становится уже все равно. Но слова вылетели из моих уст, и Колосков с силой сжал кулаки.

— Надеешься, что твой парень придет и спасет тебя? Леся, не будь такой наивной. Он женат, у него ребенок, а ты — просто его игрушка. Ты ему не нужна, он тебя не ищет. Да он даже не помнит твоего имени!

Даня говорил уверенно. Так, словно точно знал, что его слова — истина. И на секунду в груди стало больно, хотя до того момента казалось, что больнее уже некуда. Но я верила себе. И кулону.

— Плевать на него, — ровно произнесла я. — Есть ты и я. И наша с тобой игра.

Да, Колосков, я многому у тебя научилась за эти годы. Училась медленно и больно, но ты преподал мне хороший урок.

И я добилась своего. В его глазах зажегся азартный огонек. Кажется, Даня уже праздновал свою победу.

— Твои правила?

— Две недели. Нет правил.

— Хорошо, — потерев подбородок, согласился Колосков, — но я хочу получить приз за потерянное время. Когда я повезу тебя в психушку, мы заедем в одно место. И ты сама, своими руками, убьешь Макса. Возьмешь пистолет и дважды выстрелишь. В сердце и в голову.

Извилины со скрипом напряглись.

— Ты его боишься! — озарило меня. — Ты боишься Макса! Именно поэтому не отправил к нему своих церберов. И поэтому хочешь убрать его с дороги моими руками! Ты не можешь сам!

Улыбка сама собой появилась на лице. Я в упор смотрела на Даню, который был мрачнее тучи.

— По рукам! — ответила наконец. — А вот мое условие. Если я выиграю, ты берешь тот самый пистолет и пускаешь себе пулю в лоб.

— Девочка, ты всерьез намерена меня переиграть? — изумился Колосков.

— Я. Хочу. Чтобы. Ты. Исчез. Навсегда! — четко выделяя каждое слово, выплюнула я.

Колосков наклонился к моему лицу. Слишком, непозволительно близко. Я вжалась в стену, а он прошептал мне на ухо:

— Прощайся с родными, Лисенок. Ты уже проиграла.

Отстранился и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.

Осторожно вышла из комнаты Дани, уверенная, что все сделала правильно. Привычный страх сковывал внутренности, но я упрямо шагала на первый этаж.

— Леся, наконец-то! — послышался голос мамы. — Как ты, милая?

— Все хорошо, мам, — улыбнулась я. Почти искренне.

— Какие планы?

Мы обе старательно делали вид, что никакого инцидента пару дней назад не было.

— Не знаю. На свежий воздух хочется, — с надеждой произнесла я.

— Так поехали — прогуляемся, — с готовностью кивнула мама. — Только охрану предупрежу. Мне еще в офис нужно заехать. А потом можем в салон съездить. Раз тебе нравится быть светленькой, подкрасим корни.

Мысленно прикинув, что мероприятие это небыстрое, и домой мы вернемся уже затемно, я радостно согласилась. Но когда мы с мамой уже стояли на пороге, к нам вышел Даня.