Книга Ты теперь не одна, страница 50 – Ульяна Романова

— Куда он мог ее увезти? — первым нарушил тяжелую тишину Капа. — Есть варианты?

Я с силой сжал в ладони кулон и разорванную цепочку, уже решив для себя, что Колосков покойник, и выдавил, пытаясь погасить приступ злости:

— Не знаю.

Во мне проснулось нечто черное, злое, ненасытное. Да, я убивал раньше. Меня готовили как профессионального убийцу, учили убивать. Но никогда до этого дня я не был кровожадным. И никогда не получал удовольствия от того, что кого-то убил. Нас так учили, что убийство — это работа, необходимость. Или ты, или тебя. Но от одной лишь мысли, что Лесе сейчас плохо, страшно и, возможно, больно, становилось тошно, и просыпался дремлющий внутри дикий зверь. Почти неконтролируемый.

— Мы ее найдем. Обязательно. Сейчас придут записи с городских камер наблюдения, а дальше — дело техники, — пообещал Капа.

— Не нужно искать, — вдруг раздалось с порога.

Обернувшись, мы настороженно переглянулись. Потому что не могли все одновременно не почувствовать приближение чужака.

Я резко поднялся, подходя вплотную к бывшему соседу Леси, тому, что звал себя Жекой, и кого мы не смогли ни поймать, ни вычислить. Он молча поднял ладони вверх, показывая, что без оружия.

— Я вам не враг.

— Почему мы должны тебе верить? — жестко спросил Дэн.

Жека медленно опустил руку, доставая из заднего кармана джинсов удостоверение.

— Так и знал, что без вашей шарашки не обошлось, — сплюнул Капа.

— О вашей ненависти к нашей организации ходит столько слухов, что даже интересно, кто вас так обидел, — хмыкнул Жека.

— Что тебе нужно? — не стал ходить кругами Дэн.

— Поговорить. О Лесе.

— Ты знаешь, где она? — напряженно спросил я.

— Знаю. В родительском доме.

Мы с парнями снова переглянулись, готовые в любую минуту сорваться с места, а Жека продолжил:

— Но вы туда не поедете. Заметим кого-то из вас в радиусе километра — и не обижайтесь, ребята, но закроем на пару недель, пока идет операция. От греха подальше.

— Ты не боишься, что мы сейчас закроем тебя на пару суток? — холодно прошипел я в ответ.

— Я наслышан о вашей пятерке, — Жека даже бровью не повел на мою угрозу, — и знаю, на что вы способны. Поэтому пришел поговорить. И договориться.

— Договаривайся, — я недобро хмыкнул.

Жека спокойно кивнул, прошел вглубь кабинета и, сев на стул, пристально посмотрел на каждого из нас по очереди:

— Вы должны понимать, что все, что я сейчас расскажу — военная тайна. И за разглашение…

— Ты нам про военную тайну не рассказывай, — прервал его Клим, — мы ученые.

— Колосков подозревается в международном шпионаже. И уже очень давно у нас на крючке. Только осторожный, зараза. И умный, к сожалению. Ни слабостей, ни того, на чем можно подловить. Эмоциональный спектр — нулевой. Мы за ним уже несколько лет наблюдаем. И нам даже удалось внедрить в его близкое окружение несколько наших людей.

— А при чем тут Леся? — уточнил я.

— Ни при чем. Но на ближайшие месяцы назначена спецоперация по его задержанию. А вы парни горячие…

— Месяцы? Серьезно? Ты считаешь, что я дам ему столько времени находиться рядом с ней?

— Парень, я тоже за нее переживаю. Выключи эмоции и еще раз внимательно посмотри на фамилию в моем удостоверении. Я — Дорофеев. Эта девочка — моя племянница. И я тоже хочу ее спасти. Но есть служба, и есть приказы. Поэтому кручусь, как умею. Вы должны понимать, что приказы не обсуждаются!