Книга Я не дам тебе уйти, страница 92 – Ульяна Романова

— Рискни сейчас извиниться, и наказание будешь до следующего месяца отбывать. Строго в нашей постели с перерывами на сон и еду, – серьезно пообещал я.

— Вань, – заговорила она, а слезы снова наполнили ее глаза.

— Хватит, – попросил я. – Регина, меня на части выворачивает от твоих слез. Маленькая, ты не виновата, я не виноват, Андрей виноват, но не критично, – попытался пошутить я. – В конце концов, мы все живы и здоровы. Не совсем молоды, конечно, особенно я, но клянусь принимать таблетки, призванные остановить возрастные изменения мозга. Честно.

— Ой, дурак! Скорее мне такие таблетки понадобятся, – всхлипнула Регина, но смогла улыбнуться.

— Вот так, – немного расслабился я, – у нас все будет хорошо. Я больше никому не позволю тебя обидеть или у меня забрать, поняла?

— Мне хочется помыться, – призналась Регина, – смыть с себя все это, только боюсь, что вода не поможет. Я… Как я могла не понять? Мне так стыдно перед тобой, горько и тошно.

— Малышка, послушай меня. Мне плевать, понимаешь? Я как последний кретин радуюсь, что ты со мной. Я бы тебя любую принял: плачущую, сломанную, веселую, грустную. Любую. Потому что я повернутый на тебе опасный псих и неандерталец, – вспомнив ее слова там, в коридоре отделения, криво усмехнулся я, вытирая ее слезы ладонями.

— Кажется, у нас это взаимно. Я тоже повернутая на тебе, опасная одержимая наркоманка. Только вместо наркотиков – ты. Иногда мне страшно, что я люблю так сильно, – вдруг призналась Регина, а я просто осел у ее ног, улыбаясь как блаженный.

Уткнулся носом в ее колени и понимал, что дурею от признания. От того, что не один я повернут на ней, но и она так же зависима от меня, как и я от нее. Поднял голову, глядя в ее такие же невменяемые, как и у меня, глаза, и плыл без вёсел.

Поднялся, обнял ее лицо ладонями и притянул к себе. Регина тяжело дышала, ее повело, и моя девочка обхватила мои плечи руками, чтобы не упасть.

Я медленно наклонился и поцеловал ее, забирая с ее дыханием всю боль и гадливость, которая сковывала ее тело. Я это видел. Я чувствовал ее и то, что чувствовала она. Странное, почти забытое ощущение. Как будто я сам раздвоился и моя душа теперь в двух телах. Это сложно было объяснить кому-то, чтобы тебя не посчитали идиотом, но я наконец был целым. Нашел вторую, недостающую часть своей души.

В висках застучало, все тело покалывало, пока я медленно и степенно пил ее дыхание, смаковал вкус ее губ, наслаждался чуть слышным стоном.

Регина гладила мою шею, плечи, прикусывала нижнюю губу и расслаблялась в моих руках. Она почти обмякла, когда я провел носом по ее щеке, вдыхая ее запах. Зарылся пятерней в ее волосы, мягко поглаживая затылок, успокаивая, мысленно умоляя отдать мне ее боль и постараться забыть прошлое.

— Я люблю тебя, – прошептал ей.

— Сильно? – ее дыхание замерло.

— Хотелось бы меньше, – улыбнулся я. – Пойдем, у нас гости.

Регина нехотя поднялась, забавно сморщив нос, и взглянула на меня с надеждой:

— Что будет с Владом? – наконец выдавила она.

— Не знаю, малышка. Но я тут стал немного верить в бога и точно знаю, что карма – не просто слово.

— Ваня, – снова напряглась она.

— Что? – поднял я брови.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, а потом Регина опустила ресницы, принимая мое решение. Впрочем, озвучивать ей его я не собирался. Это было мое дело, о котором моей женщине лучше было ничего не знать. Но жить по соседству с ублюдком, который не гнушался ничем, и каждый день ждать удара в спину я не мог себе позволить.