Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 96 – Ульяна Романова

Дава дал отмашку пацанам идти на обед и присел на табуретку. Я сел прямо на мешки с цементом и разулыбался, как дегенерат в маниакальной стадии.

Брат понимающе улыбнулся и огорошил:

— Знаешь, что я думаю? Может, нам с Юлькой второго родить, а?

— Рожайте, – согласился я, – Артур уже большой, самостоятельный. Так сказать, ушел в свободное плавание.

— Не смешно в нашем возрасте?

— Дава, тебе не похер? – без обиняков спросил я.

— Мне похер, а вот Юлька волнуется.

— А она уже? – я жестом показал на себе округлившийся живот.

— Не, я только предложил. А она ругается, мол, младший ребенок и внук примерно одного возраста будут.

— Женщины, – вздохнул я, – они любят найти проблему на ровном месте и увлеченно ее решать.

— Ага. Собираются группами подружек по интересам.

— Это женская секта, нам не понять. Рори без конца со своей Катериной на телефоне что-то решает. То мебель они друг другу выбирают, а вчера обсуждали, как обойти конкурента. И знаешь, вариант проклясть его род до седьмого колена и наслать импотенцию был одним из самых гуманных.

Дава понятливо ухмыльнулся, потер лицо ладонями и посмотрел в окно.

— Ты счастлив, брат?

— Как придурок, – признался я. – Знаешь, я всегда думал, что женюсь на ком-то, похожем на твою Юльку, или на нашу маму. Тихой, домашней, хозяйственной. А получил аристократку – бизнесвумен, с которой никогда не скучно и которую хрен дома найдешь. Но мне нравится, что у нее свои интересы и она не живет моей жизнью. У нее глаза горят, когда она говорит про работу вечерами. Мы готовим ужин, а она все время что-то рассказывает, а недавно даже призналась, что я был прав.

— Ты хоть извинился? – заржал Дава. – Сказал, что не хотел быть прав?

— Дважды, – серьезно кивнул я.

И мысленно добавил, что потом еще раза три в другой обстановке. Рори менялась. Медленно, но я видел, как рушатся все ее принципы и она все чаще приходит ко мне за советом или помощью, звонит поделиться чем-то, что считает важным.

И я всегда брал трубку, всегда! Улыбался счастливым слоном, понимая, что завоевал ее доверие. Она доверяла мне как своему мужчине и все чаще пряталась за моей спиной от житейских тревог. Сначала робко, словно пробуя на вкус, а со временем все чаще.

Мы не пытались друг друга сломать или подстроить. Мы учились принимать недостатки друг друга и влюбляться в них. Я вдруг полюбил расставлять кружки по размерам, а Рори – готовить. Потому что я так нахваливал каждое ее блюдо, что, наверное, мне все соседи тихо завидовали, думали, что я женился как минимум на шеф-поваре какого-то суперкрутого ресторана.

Когда Аврора тем же тоном, что и я, громко восхищалась тем, что я сам сложил свои носки в корзину для белья, я понял, что женщина у меня не только красивая, но еще и умная и проницательная.

День, когда она впервые попросила о помощи, я запомнил надолго и расстарался вовсю. Ей нужно было передвинуть стол, а в итоге мы сделали полную перестановку мебели под ее вкусы и удобства.

Мне несложно, ей приятно.

Но больше всего я любил выходные дни, когда нам обоим никуда не нужно было бежать. До обеда валяться в постели, смотреть фильмы и жить скучной жизнью супругов. Слипнуться вдвоем под одеялом, включить ее любимый сериал и не досмотреть до конца ни одной серии, потому что какой, нафиг, фильм, когда у меня такая жена, что все внутри плавилось от одного ее прикосновения.