Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 29 – Ульяна Романова

Я поступила в университет на факультет маркетинга, с успехом его окончила, заручившись поддержкой мамы, которая тоже считала, что высшее образование для женщины – как дорогое нижнее белье. Никто не видит, но уверенности придает.

Конфликты начались в день выпуска. Мама негодовала, что я до сих пор не нашла себе мужа, а парни в моей жизни были скорее приятелями.

Когда я составила бизнес-план и решила открывать свою кофейню, матушка всеми силами пыталась меня убедить, что работающая женщина – плохой тон. Говорила, что я должна выйти замуж, родить ребенка и жить в свое удовольствие.

Я же решила, что у меня свой путь. И, игнорируя язвительные речи мамы, все-таки открыла кофейню.

Дело пошло, я много работала, а мама заламывала руки, что часики тикают, я не молодею, а «хороших мужчин щенками разбирают».

И как же она была рада, когда в моей жизни появился Славик. Кажется, мама любила его больше, чем я, во всех конфликтах вставая на его сторону, и уже готовила наряд на нашу свадьбу.

И впервые она на меня накричала, когда я сообщила, что мы расстались.

А теперь, вот, выдает ему ключи от моей квартиры…

Приняв душ, я почувствовала облегчение. Голова болела не так сильно, а тошнота отступала. Я укуталась в халат, точно зная, что бывший никуда не ушел, морально подготовилась и вышла.

На кухонном столе стояла кружка с кофе, а за столом сверкал глазами Славик.

— Я просила уйти, – напомнила я.

— Котен, давай поговорим? – сделал новый заход он. – Мы так глупо расстались.

Я вдохнула поглубже, призывая на помощь всю свою выдержку.

— Именно. Тебе никто не давал право решать за меня!

— Я хотел как лучше.

— А получилось как всегда. Слава, хватит. Мы расстались, назад дороги нет. Уходи.

— Коть, я люблю тебя, – зашел бывший с козырей, – и не хочу терять.

— А я люблю другого. И у нас все серьезно, – приподняла я бровь.

— Кого? – обманчиво спокойно пророкотал Славик.

— Тебя это волновать не должно. А сейчас уходи, мне нужно собраться на работу.

— На работу или к своему новому тюбику? – прорычал Слава.

— На работу! А ты меня задерживаешь!

— У тебя всегда только работа, работа, работа. На меня никогда времени не было. Ты замужем за своей работой!

— Прекрати, пожалуйста. Я на работе пряталась от твоей ревности и вечного желания контролировать всю мою жизнь. Тебе не нравилось все! Как я одеваюсь, что говорю, какой макияж наношу. Вспомни последнюю ссору! Ты завелся из-за слишком облегающего платья!

— На тебя все пялились!

— Что и требовалось доказать, – удовлетворенно кивнула я. – Разговор окончен.

— Аврора! – рявкнул Славик. – Кто он?

— Кто?

— Твой новый тюбик.

— Тюбик бывает у зубной пасты, если интересно, загляни в ванную. А у меня появился мужчина.

— Коть, я ж его покалечу, – жалобно предупредил бывший.

— Или он тебя, – хмыкнула я, почему-то вспоминая Роберта.

И тут же эту мысль прогнала. Мне и одной хорошо и спокойно.

— Познакомь нас, – потребовал Славик.

— Не могу, он у меня очень ревнивый. Собственник, даже хуже, чем ты.

— Угу… Ладно. Можешь заказывать поминальный обед своему собственнику, – предупредил Славик поднимаясь.

— И сушить для тебя сухари? – мило улыбнулась я. – Просто в нашей стране есть закон, который гласит, что убивать других людей нельзя.

Славик подошел ко мне, пристально заглянул в глаза, криво усмехнулся и прошептал: