Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 25 – Ульяна Романова

— Рори, может, надо брать, а? Первый раз такое вижу.

— И ты, Брут? – возмутилась я.

— Уши красивые и не Иннокентий, – продолжала Катя.

— Я… Пойду на улицу выйду, – решилась я.

— Курить? – строго спросил Роберт, пряча в карман мобильный.

— Угу, – зачем-то кивнула я, хотя курила крайне редко.

Мне нужно было просто немного проветриться и прийти в себя.

— Я с тобой, – решил Роберт. – Катерина Романовна, изволите выпить кофе в компании Диночки?

Я спасалась бегством. Открыла дверь, вышла на улицу, вдыхая горячий воздух, и почти в истерике спросила у вышедшего следом за мной Роберта:

— Что вы такое?

— Мужчина твоей мечты, злючка. Привыкай.

Аврора

Впервые в жизни я физически чувствовала, как трезвею. И зверею. Я никак не могла понять, что этот мужчина от меня хочет и чем я заслужила столь пристальное внимание к своей скромной персоне.

Взмахнула руками, топнула ногой и никак не могла подобрать подходящих слов.

— Не благодари, – разулыбался он.

— За что? – взвилась я.

— За все, Аристарховна. Слово даю, завтра в твоей кофейне ни одна проверка ничего не найдет.

— Я даже знаю почему. Вы ее разберете до основания, да? – прошипела я.

— Женщина, перестань быть такой колючей, – рыкнул Роберт Багров.

— Слушайте…

Слушать Роберт не стал. Прикрыл мне рот большим пальцем, сглотнул, пристально глядя в глаза, и продолжил рычать:

— Не женщина, а еж колючий.

— Я не женщина? – ахнула я, откидывая его руку, – сами вы… Не женщина!

— Этот факт сомнению не подлежит, – согласился с моими аргументами Роберт.

— И не смейте больше меня трогать! Я вас боюсь!

— А вот это зря, злючка. Я от природы очень добрый. В отличие от тебя.

— Это вы мне на голову свалились! Именно с вашего нахальства все и началось! Если бы вы меня тогда не задержали…

— История не знает сослагательного наклонения, – назидательно заметил оккупант. – Еще немного, и ты поймешь, что день нашего знакомства – лучший день в твоей жизни.

— Роберт, где взять такую самооценку, как у вас? Ваша корона слепит мне глаза!

— Глаза тебе слепит коньяк и солнце, – отрезал Роберт.

— Скажите честно, вы тот самый беженец из сумасшедшего дома, о котором недавно писали в газетах, да?

— Че сразу беженец? Так выпустили. Пришлось, правда, отречься от престола… Злючка, не бледней, я пошутил. Знаешь, что я тебе предлагаю?

— Не знаю и знать не хочу.

— А я все-таки предложу.

— Увольте, – замахала я руками.

— Не могу, ты тут хозяйка, – мне казалось, что надо мной профессионально издеваются.

— Что вам нужно? – в который раз спросила я, уже не надеясь на ответ.

— Честно? – Роберт сузил глаза и спрятал ладони в карманы джинсов.

Краем глаза я заметила, как на него смотрели проходящие мимо женщины. Кто-то даже хотел зайти в кофейню – разумеется, выпить кофе, а не поглазеть на этого Годзиллу без футболки, но натыкались на табличку и уходили, стреляя глазками в Роберта.

— Хотелось бы, – вежливо кивнула я.

— Я подумываю на тебе жениться! – огорошил Роберт.

Я поперхнулась воздухом и не сразу нашлась что ответить.

— Вы точно псих! Ни один нормальный человек не женится на незнакомке.

— Я знаю минимум троих.

— Соседей по палате? Встретите Наполеона, передавайте привет. С чего вы взяли, что я пойду за вас замуж?

Роберт вздохнул, возвел очи к небу и как для слабоумной пояснил: