Книга Я тебя не отпущу, страница 32 – Ульяна Романова

— Пошли провожу, — мотнул он головой и добавил, наткнувшись на мой взгляд, — до квартиры и сразу уйду.

— Ладно, — решив, что спорить бесполезно, согласилась я.

Мы молча дошли до моей квартиры. Когда я открыла дверь, Роман передал мне букет:

— Спокойной ночи, — пожелал напоследок и действительно ушел. Я закрыла входную дверь и с трудом дотащила букет до гостиной, на ходу размышляя, куда можно поместить огромную охапку. Достала огромную вазу — подарок бабушки и по частям уместила букет в ней, еще долго рассматривая розы, с которых срезали все колючки…

Стоило мне лечь в постель, как я тут же провалилась в крепкий сон без сновидений…

Утром, сидя на работе, уже без удивления обнаружила на пороге магазина Романа. Нагло ухмыляясь и насвистывая под нос мелодию, он прошелся по торговому залу, придирчиво разглядывая обстановку. Ни слова не говоря, зашел за прилавок и уселся на старенькой табуретке, которая жалобно скрипнула под его весом. Я также молча подняла бровь, с неудовольствием глядя на Рому.

— Я решил, что тебе нужен работник, — через минуту сообщил мне.

— Все штатные единицы заполнены, — равнодушно ответила, но внутри все клокотало от злости.

— Я внештатно, — пожал плечами Роман.

— Бюджет не рассчитан на внештатных сотрудников.

— Я доброволец. Оплату могу и натурой взять, — поднял он бровь, осматривая меня с ног до головы, так, что мурашки по коже побежали и дыхание сбилось.

— Освободи помещение, — потребовала я, — немедленно.

— А то что? — он поднялся со своего места и приблизился вплотную, — выгонишь меня?

— Охрану вызову, — тонко просипела я, делая шаг назад и уперлась бедрами в витрину. Все, назад путь закрыт, Рома навис грозовой тучей, руками уперся в витрину, по обе стороны от меня.

— Вызывай, — нагло глядя на мои губы, проговорил Роман. А я застыла как вкопанная. Взгляд синих глаз гипнотизировал, подчинял, порабощал волю. Словно кролик перед удавом. Только я не кролик! Собрала все остатки силы воли, выдерживая его взгляд, подавляя дрожь во всем теле.

Роман медленно наклонялся к моему лицу, ни на мгновение не прерывая зрительного контакта, точно зная, что он победитель:

— Пять тысяч в день и ты принят, — огорошила его.

— Чего? — Рома удивленно воззрился на меня.

— Платишь мне пять тысяч в день и можешь работать добровольцем, — стараясь, чтобы голос дрожал не слишком уж явно, бормотала я. Рома несколько раз моргнул, а потом запрокинул голову и громко засмеялся:

— Годится, — убрал руки и снова вернулся на табуретку.

— Ты не уйдешь, да? — сквозь зубы процедила я. Роман отрицательно покачал головой, все еще посмеиваясь, — тогда у меня условие.

— Какое?

— Не приставать ко мне.

— Хорошо, на работе приставать не буду, — выделил интонацией «на работе».

— И после работы тоже.

— Виктория, это рабские условия труда!

— А я тебя не просила здесь работать! — от избытка чувств даже ногой топнула.

— Я требую составить трудовой договор, — Рома наклонился, положив локоть на колено и шкодливо улыбнулся. Паршивец, он просто издевался надо мной!

— Не возражаю, — елейно улыбнулась, принимая правила игры.

— Обсудим пункты?

— Пунктов два: ты молча делаешь что попрошу и платишь мне за это деньги, — хотел? Получи!

— Как прикажете, моя госпожа, — шутливо поклонился Роман, — каким будет первое распоряжение?