Книга Как приручить училку, страница 55 – Ульяна Романова

— Родионовна, план – огонь! Ложимся! Ты сверху или снизу?

— А еще лучше, – продолжала я, – создать живой щит из дамочек за дверью. Они просто встанут в хоровод и незаметно выведут тебя на улицу.

— Аринка, ты ревнуешь? – обрадовался Ринат. – Имей в виду, я не был, не знал, не участвовал ни в чем, в чем ты можешь меня заподозрить. А если и был, то до тебя не считается!

— Кот-потаскун, – закатила я глаза. – Твои похождения меня не волнуют.

— Пошли, по дороге поругаемся, нужно выбираться из офиса. Давай, только тихо. Приговаривай про себя «я стена, меня не видно».

— Фикус еще возьми и за ним спрячься, шпион-недоучка, – посоветовала я.

— Низя фикус брать, меня за него Алла Борисовна голову оторвет и скажет, что так и было. Проклянет на калькуляторе.

— Зато как тихо станет, – мечтательно прошептала я.

— Ладно, тырим фикус, но только чтобы ты улыбалась. Слушай, Родионовна, а у тебя клептомании случайно нет?

— Случайно нет, есть специально. Дня прожить не могу, чтобы что-нибудь не украсть.

— Главное, калькулятор Фрекен Борисовне верни, остальное я тебе легко прощу, – махнул он рукой. – Ну что, пойдем?

— Пойдем, – согласилась я и зашагала по коридору.

— Арина, а где моя благодарность за помощь? Ну… я должен какую-то сатисфакцию получить или нет? Как ты думаешь?

Я резко развернулась, обхватила ладонью его подбородок, развернула и поцеловала в щеку.

— Спасибо! – прошептала, делая шаг назад.

Ринат встал как вкопанный, мечтательно прикрыв глаза. Заметив, что я отошла – сложил губы трубочкой и состряпал на лице непередаваемое выражение.

— Ты был прав, – авторитетно сообщила я, – поцелуй – замечательный способ сделать так, чтобы ты замолчал.

— Понял, – быстро переключился Барсов, – Родионовна, сейчас я расскажу тебе сказку! Про белого бычка! Шел он, значит, шел…

— И пришел! – отрезала я, сворачивая за угол.

Вызвала лифт, пропуская мимо сознания то, что Барсов начал декламацию стихов Пушкина.

– Увы! напрасно деве гордой

Я предлагал свою любовь!

Ни наша жизнь, ни наша кровь

Ее души не тронет твердой.

Слезами только буду сыт,

Хоть сердце мне печаль расколет!

Двери лифта распахнулись, а нашим глазам предстал тот самый мужчина, который пришел к Малыгину в компании Рината.

— Здрасьте, – брякнула я.

— Алан Лейманович, – подсказал мне Ринат, подталкивая в кабинку лифта.

— Добрый день, – прокашлялся Алан, подвигаясь к стене, – работаете?

— Не, прогуливаемся с училкой, – хмыкнул Ринат, – так сказать, удовлетворяем ее тягу к клептомании. Пока ничего не уперли, так что, Лейманыч, беги, а то она тебя стырит!

— Я много кушаю, это невыгодно, – сверкнул глазами мужчина, подавляя улыбку.

— Похудеешь заодно, – легко отмахнулся Ринат, – что там у нас? Говори, она в курсе.

— Заметно по синяку на лбу, – с самым серьезным выражением на лице согласился Алан Лейманович, а я немного устыдилась.

— Она меня бьет, – пожаловался Ринат.

— Мне охрану приставить?

Мне показалось, или начальник охраны с трудом сдерживался, чтобы громко не заржать, но старательно сохранял невозмутимое выражение лица, дабы не уронить свое реноме перед начальством?

Даже таким несерьезным, как Ринат.

— Сам справлюсь! – гордо решил Ринат. – Так что там с Морозовым?

Кабинка лифта снова остановилась, дверки разъехались, а из коридора на нас уставилась молодая, задорная брюнетка с зелеными глазами, которая морщила нос и придерживала рукой округлившийся живот.