Книга Как приручить училку, страница 21 – Ульяна Романова

— Арина Анатольевна, тут такое дело… Не получится у нас так. Ваш супруг занял деньги под проценты от будущих поставок. С условием, что если у него ничего не выйдет, то неустойка сверху. Вы понимаете, о каких суммах идет речь? Нет, если вы вернете мне сумму с процентами сегодня, я готов расторгнуть договор.

Он довольным сытым котом откинулся на спинку кресла и улыбнулся улыбкой пираньи, которая уже поймала жертву и выпускать не собиралась.

А я забыла, что приличная женщина, и кляла Павла всеми известными мне ругательными выражениями.

Схема была простой, как советская мясорубка: Малыгин одолжил Павлу деньги под определенную сделку и точно знал, что Павел контракт не получит, потому что этот контракт уже почти подписал друг самого Малыгина. В итоге все были в плюсе, кроме меня и Павла, который поверил Виктору, что тот для него этот договор на долгосрочные поставки выбьет.

И никто не слушал меня, считая дурой, хотя Костя не раз предупреждал, что Малыгин так дела не единожды!

Господи, что мне делать?!

Ольга тоже была мрачнее тучи и нервно перебирала пальцами, не зная, как реагировать. Конечно, у меня не было средств, чтобы вернуть те проценты, которые требовал Малыгин. И вряд ли я могла честно их заработать.

И в тот момент, когда я почти отчаялась, дверь кабинета Малыгина без стука распахнулась, а на пороге возник незнакомый мне очень суровый мужчина в классическом костюме.

Обалдели все, но больше всех Малыгин, который даже чуточку побледнел, когда незнакомец уверенно и дерзко прошел в кабинет, взял стул, перевернул его спинкой вперед и оседлал, унижая взглядом хозяина помещения.

А следом… Следом вошел такой же собранный и уверенный Ринат! Одетый в классический костюм, только верхние пуговицы на рубашке он хулигански расстегнул.

Выражение его лица изменилось. Передо мной в тот момент стоял не болтун и нахал с дурашливым выражением на лице, а серьезный, взрослый мужчина, одним своим появлением доводящий Малыгина до икоты.

— Алеша, ты снова за свое? – душевно уточнил он у Малыгина, да так, что, казалось, в комнате стало на пару градусов холоднее.

— Ал-л-ан Лейманович? Р-рин-н-ат Ра-а-амильевич, – заикаясь, уточнил Малыгин, – да я… Я не…

— К девчонкам у тебя претензий больше нет, – отрезал Ринат тоном, от которого у меня все внутренности похолодели. – Все претензии ты адресуешь мне.

— Я… Нет претензий, вообще нет, ни одной. Я это… Деньги подарил вот Журавлевой, ну, помог, так сказать, по-дружески. И…

— Арина Родионовна, Ольга Константиновна, – послал нам Ринат свою лучшую улыбку, – в коридоре подождите.

И нахально мне подмигнул.

— А я… – кажется, я начала копировать аристократическое заикание Малыгина, – я сама.

— Родионовна, быстро в коридор! – очень душевно попросил Ринат – так, что возражать я побоялась.

Мы с Ольгой поднялись и мелкими шагами потопали к выходу. Когда я проходила мимо Рината, он поймал меня за руку и предупредил:

— И только попробуй снова свинтить!

Я могла только кивнуть…

Арина

Мы с Ольгой вышли в приемную и обалдело посмотрели на закрывшуюся дверь.

— Арина, у меня от стресса галлюцинации, или это был Ринат Барсов?

— Нет у тебя галлюцинаций, – отмахнулась я дрожащими руками и нервно закусила губу.

— А… И… А как? – кажется, Ольга с трудом подбирала слова.