Онлайн книга «Drama Queens, или Переполох на школьном балу»
|
— Хорошо, но помочь с вальсом я же могу, верно? – Он так злобно это прорычал, что Пенни сначала кивнула, а потом подумала: «Зачем ему это? Какую цель он преследует?» — Да, буду благодарна, иначе оттопчу Стив ноги… — Да, конечно, нам стоит позаботиться о малыше Стиве. — Стив не малыш. И я… тоже. — На что это ты намекаешь? Люк протянул руку, из стереосистемы зазвучал вальс Штрауса, Пенни сделала шаг вперед. Они уже освоили квадраты и вполне могли двигаться под ритм, но пока больше ничего не делали. — Ни на что, просто ты ведешь себя со мной как с ребенком! В голове вспыхнули неясные образы из того сна. Кажется, она все это уже говорила, но не настоящему Люку, так что пришлось набраться смелости. Той ночью было не страшно высказываться прямо в лицо, но сейчас все было иначе. Беззащитная, в нелепом, как у зефирной принцессы, платье, в его руках и под Штрауса, который писал свои вальсы явно не для такой коротконогой калеки. — Неправда. — Правда! Зовешь меня Понни! Малышом, крошкой! Кажется, Люк начал двигаться быстрее, но так как Пенни не успевала за ним, то болталась у него в руках, подпрыгивая и зависая в воздухе, вместо того чтобы делать шаги. В конце концов он прижал ее к себе так крепко, что ей и не нужно было ничего делать. Примерно так с ней вальсировал в детстве отец. Как с маленькой. — Что плохого в том, чтобы быть крошкой? — Что хорошего в том, чтобы быть для парня МАЛЫШОМ? — А я для тебя парень? То есть не друг, не брат, не добрый сосед? Они уже кричали, Штраус разгонялся, и танец превратился в головокружительную карусель. Платье Пенни развевалось; быть может, это выглядело красиво, но танцоры ничего не замечали. — То есть я для тебя не сестра, не подруга и не добрая соседка Пенни?! Ты ведешь себя со мной как с ребенком! Надо мной смеется вся школа, считая, что я заманила тебя в свою жизнь шантажом! — А ты их слушаешь? — Когда ты невидимка, слышно все! — Для меня ты не невидимка! — Да что ты? Конечно, я для тебя малышка Понни! — Если ты забыла, когда‑то я выбрал тебя! — Если ты забыл, это было… случайно! — Случайно? — Абсолютно! — Так ты считаешь? — Да, так. Мне уже не двенадцать! — Я заметил! Музыка оборвалась, потому что на очередном круге танцующие сбили с каминной полки айпод, и тот с глухим стуком ударился об пол. Оба тяжело дышали, сверля друг друга взглядами, и у Пенни губы покалывало иголочками от близкого дыхания Люка, которое будто становилось ее собственным. В животе роились раскаленные пчелы, и парочка атаковала сердце; по крайней мере, при каждом сокращении оно болело словно укушенное. Из-за этих пчел хотелось плакать, потому что боль была хотя и сладкой, но ощутимой. Тело ломило так, будто ему недоставало какого‑то важного элемента. Хотелось, чтобы кто‑то помог, дал таблетку, угомонил пчел и их жужжание в ушах, чтобы они отстали уже от сердца, что оно им сделало? Пенни больше не злилась, а только взглядом умоляла Люка прекратить пытку. — Люк, – всхлипнула она. – Уйди. Он прижался лбом к ее лбу. Крепко, до саднящей боли. Руки отпустили талию и зарылись в ее волосы. Она только теперь поняла, что стоит не на полу, а на банкетке. Люк тяжело дышал, Пенни же перестала дышать в тот момент, когда его большие пальцы прошлись по краю ее лица, коснулись губ и подбородка. Пчелы в животе просто обезумели, Пенни их ненавидела. И то, что прижимается к ладони Люка, и что не отрывает лба от его лба, и что их губы разделяет меньше дюйма, кажется, было самым невыносимым. Видимо, их вечно будет что‑то разделять. |