Книга Фантом, страница 56 – Виктория Побединская

— Пойду еще принесу, — Шон поднимается, и слова растворяются следом за хозяином в темноте коридора.

Я бросаю взгляд на стол в углу комнаты. Там, среди металлических кружек, уже ждет эмалированный таз и гора картофеля. Улыбнувшись воспоминаниям, я подбираю с пола нож. Теперь мне хотя бы не стыдно.

Присев на перевернутый ящик, я берусь за работу, а Рейвен становится рядом, принимаясь набирать воду.

— Как ты? — спрашиваю я.

Она пожимает плечами:

— Порядок. По крайней мере, при памяти. Это уже немало.

Я не могу не согласиться. В чем-чем, так в этом ей повезло гораздо больше, чем любому из нас.

Наполнив первое ведро, Рейвен берется за следующее, вдвое больше. Закончив, покрепче хватает каждой рукой по ноше, натужно поднимается и кое-как делает шаг. Потом еще и еще один, стараясь не расплескать ни капли, а может, не упасть. Металлические ручки врезаются в крошечные ладони, но девушку это не останавливает. Добравшись до печки, она встает ногами на стул и поочередно выливает воду из ведер в бак. Потом возвращается к раковине и принимается за дело снова.

Холодные брызги, отскакивая от металла, разлетаются в разные стороны, попадая на мое лицо, и я отсаживаюсь подальше.

— Зачем так много? — спрашиваю я, прикидывая в уме, для чего может понадобиться столько кипятка.

— Хочу в кои-то веки нормально помыться, — отвечает Рейвен, закрывая кран. — В комнате, в которой свален реквизит со сцены, нашлась ванна. — Наклонившись, она заговорщически шепчет: — Я все утро ее оттирала от всякого дерьма, осталось нужное количество воды перетаскать, пока кто-то из парней туда не вломился. Если хочешь, валяй следом. Я не против. Только после меня.

— Хорошо. Но не нужно тебе самой наверх эти ведра тащить.

— Справлюсь, — отвечает Рейвен, бросая на меня недовольный взгляд. — Не такая уж и немощная.

В ее голосе слышны горделивые нотки, так что я просто молча наблюдаю, пока на лестнице не слышатся шаги. Так ходит только один человек. Каждый стук каблука как отточенный удар, а интервалы между ними настолько точны, что его походку можно использовать вместо метронома.

— Давай попросим Шона, — предлагаю я. — Хотя бы просто наверх поднять. Мы не скажем ему зачем.

Фигура парня тут же появляется в дверном проеме, заполняя его почти полностью.

— Звала? — спрашивает он.

Я оглядываюсь на Рейвен. Та недовольно хмурится:

— Помоги поднять воду по лестнице. До общей комнаты, пожалуйста. Дальше мы сами.

— Без проблем, — отвечает Шон и подхватывает оба ведра, будто они ничего не весят.

У Рэйвен тут же темнеет лицо.

— Да уж, спасибо, — цедит она, провожая его недовольным взглядом. Опускается на корточки и принимается тыкать палкой угольки в печке.

— Если тебе нужна помощь, — говорю я, — что-то отнести или поднять, обращайся. Шон никогда не откажет.

— О, я не сомневаюсь, — качает она головой. — Этот уж точно.

Я усаживаюсь поудобнее, сложив руки на груди, недовольно на нее глядя.

— Каждый раз, когда ты говоришь о нем, у тебя даже голос меняется. За что ты так цепляешься?

— Да не цепляюсь я, тебе кажется.

— Ведь это же Шон, — смеюсь я. — Господи, да в его поведении даже придраться не к чему.

— Этим и раздражает. Будь он хоть чуточку менее идеальным, было бы легче его присутствие переварить. Не в моем вкусе.