Книга Фантом, страница 4 – Виктория Побединская

— Тогда почему он не вышел с нами на связь? Месяц прошел. Ведь однозначно Джесс все ему рассказал еще в самый первый день. Думаешь, он ненавидит нас?

— Вряд ли. Ник не стал бы дуться из-за такой ерунды.

— Тогда я не понимаю… Неужели нельзя написать или позвонить?

— Он вернется.

— И когда он переступит порог этого дома, я его придушу.

— Ты выйдешь к нему навстречу и обнимешь его, — поправляет Арт.

— Задушу в смертельном объятии в таком случае, — сопротивляюсь я.

— Звучит уже оптимистичней. Если над последней версией поработать, к его возвращению, может, мы даже до поцелуя в щеку дойдем, — добавляет он.

И я смеюсь. Впервые за много дней.

Весь следующий день проходит в полубреду от головной боли, вызванной трехдневной голодовкой и слезами, а также попытках занять себя хоть чем-нибудь, лишь бы держаться подальше от спальни. Чтобы занять руки, я решаю разгрести образовавшиеся за это время на кухне завалы и, как истинный джентльмен, Шон вызывается мне помочь. А может, просто убедиться, что я в порядке и не виню себя в произошедшем. Впервые посмотрев в его глаза, я вижу в них такую же растерянность. И хотя я уверена, у него остается миллион вопросов, он не задает ни единого, просто находясь рядом и молча ожидая, пока я расскажу сама.

Только мне нечего рассказывать. Куча грязной посуды вкупе с тоскливыми мыслями и разбитым взглядом Шона — единственное развлечение на вечер.

Приготовление ужина в конечном итоге заканчивается очередным поражением, настолько унизительным, что спасти ситуацию может только Арт. Скомкав фартук и бросив его на стол, я выхожу из кухни, но Шон останавливает меня, мягко взяв за руку. Я оборачиваюсь и, дождавшись, пока он поднимет взгляд, говорю:

— Это все не твоя вина.

Шон вздыхает и вдруг неожиданно притягивает меня к себе так крепко, что не вдохнуть, но я не пытаюсь вырваться. Под крепкой хваткой широких ладоней все, что было выстроено между нами, окончательно рассыпается, и рождается что-то новое, что может стать началом хорошей дружбы.

— Мы найдём его, обещаю, — уверяет Шон, и я закрываю глаза, разрешив себе надеяться.

…если Ник сам когда-нибудь захочет, чтобы его нашли…

Арта я нахожу сгорбившимся за компьютером в гостиной. Он внимательно что-то читает.

— Я знаю, что сегодня не твоя очередь готовить, но, — я делаю длинную паузу, — кажется, тебе придется спасать сегодняшний ужин.

Арт поворачивает голову, и я уже готова столкнуться с привычным улыбающимся взглядом, но в его глазах настороженность.

— Тебе надо это увидеть, — говорит он.

На смену настороженности приходит серьезность, настолько не свойственная Арту, что невольно боль в висках начинает вновь пульсировать, словно предчувствуя неладное.

— Что именно?

Я присаживаюсь рядом, прикидывая, насколько хуже могут стать обстоятельства по сравнению с тем, что уже случилось.

Арт вздыхает:

— Ты знала, что Джесс тайно тренировал Ника?

— Да, он же писал это в дневнике.

— Кажется, Ник был не единственным, кого так тщательно готовили.

Я внимательно смотрю ему в глаза, ожидая продолжения.

— В одной из папок я нашел записи о тренировках Тайлера. Ты знала, что он сбежал из трех интернатов перед тем, как попал в Эдмундс?

— Да, я читала об этом в своём письме. Но про тренировки там ничего не было.