Книга Фантом, страница 20 – Виктория Побединская

Я выключаю защитное поле, захлопываю крышку, собираясь уйти поскорей, но останавливаюсь. Совершенно безумная мысль приходит в голову. Учитывая обстоятельства, только один вопрос «Где выход?» должен волновать меня сейчас, но я не могу не думать, что ключ к произошедшему в день побега совсем рядом. Только руку протяни.

Я прикусываю губу и оглядываюсь на дверь, будто ожидая чьего-то ободрения. Сверяюсь с часами. Если задержусь всего на пару минут, ничего ведь не случится. Все равно парни должны выйти позже, и мне придётся ждать их в машине. Спертый запах и шипение мониторов давят на психику, но если я не посмотрю сейчас, возможно, не узнаю никогда. И я устремляюсь к компьютеру.

Глаза поочерёдно выхватывают имена документов, пока не останавливаются на папке с названием «Камеры наблюдения: Декабрь». Я дважды щёлкаю на дату побега. Значок загрузки начинает вращаться. Мое дыхание ускоряется, а волнение наполняет до кончиков волос. Еще секунда ожидания, и лопну.

Около десятка экранов загораются одновременно. Центральный холл, двор, палаты, кабинет кого-то из руководителей, километры коридоров, ещё и ещё.

Включив перемотку, я перепрыгиваю от одного экрана к другому, пока взгляд не цепляется за знакомый угловатый силуэт. В животе медленно стягивается узел.

Ник стоит в центре комнаты, засунув руки в карманы. Рядом жмется щуплый парнишка с выбритым виском и стянутым на затылке крошечным хвостом, совсем молодой. Судя по всему, доктор или лаборант, потому что на плечи его накинут белый халат. Прислонившись к стенам, развалившись в креслах и на подоконниках, чего-то ждут не меньше двух десятков парней.

Пишут ли камеры звук?

Я щелкаю по вкладкам, пытаясь отыскать в настройках громкость.

— Главное не паникуйте, — раздается знакомый голос из крошечного динамика на панели, и я поднимаю голову. Услышав его спустя месяц, меня резко бросает в жар, потому что здесь, в тесноте этой комнатки, кажется, будто он совсем рядом. Голос Ника, чуть хрипловатый, лениво растягивающий гласные, ни с чьим другим не спутаешь. — Приготовьте коммуникаторы, в которых ведете дневники, и записи заранее. Любые подсказки, которые помогут вам не растеряться в первые минуты после внедрения Эхо в нервную систему. У вас будет почти час, чтобы подготовиться. Если сделаете все верно, ничего ужасного не случится.

— Ничего, кроме потери собственной памяти, — хохмит один из солдат. Тощий, большеротый и какой-то неопрятный в своем растянутом спортивном костюме.

— Спустя полтора часа ты не будешь даже в половину таким остроумным, Стив.

Ребята хохочут. Сидящий в кресле Шон хмурится. Арт отрывается от вытягивания ниток из собственного свитера и с любопытством поднимает голову.

— Эндрю слышал разговор двух медиков, — толкает локтем один солдат другого, — поговаривают, вся эта затея с потерей памяти — никакая не побочка, а идея полковника.

— Да Эндрю напуган, как девчонка, вот и мелет бред!

Артур хрюкает. Очень выразительно.

— Всем заткнуться! — рявкает Ник, пресекая болтовню. — Первая пятерка заходит через полчаса.

Парни хаотично разбредаются по помещению, как раскатившиеся по бильярдному ковру шары. Хлопает дверь. Стучат каблуки.

В комнату входит девушка с подносом в руках и начинает сервировать на небольшом столике закуски и кофе. Возвращается и уходит. Снова возвращается, напрягаясь и краснея под смущающими пристальными взглядами.