Книга Фантом, страница 12 – Виктория Побединская

И тут меня осеняет.

— Газеты, — шепчу я, поднимаясь с пола. — Он идет по адресам, что мы нашли в почтовом ящике. Газетные вырезки. Он забрал их с собой. Там целая куча всего. Ник догадался, что Тайлер собирал их не просто так.

— Намекаешь, он намеренно уничтожает все, что каким-либо образом связано с Кораксом? Ты серьезно?

— Абсолютно. Я только не знаю зачем. Может, он что-то ищет?

— Или кого-то? — предполагает Шон. — По крайней мере, теперь мы знаем, что он жив. И где-то недалеко от Карлайла.

— Неужели нельзя было взорвать что-то подальше от папаши Максфилда? Снова чертов Карлайл! — причитает Арт.

— А вдруг он пытается отвлечь внимание на себя? — шепчу я. — Судя по взрывам, Ник движется на север, словно уводит отца в другую сторону.

— В таком случае, если он продолжит и дальше… — договаривать Арту нет нужды, потому что я и сама знаю ответ: Ник станет первой мишенью Коракса.

Я прислоняюсь к стене и закрываю глаза, стараясь прогнать из головы картины: как его хватают, заводят руки за спину, швыряют на бетонный пол. Стоит вообразить, что отец пойдет по следу Ника, тут же вижу его избитого, искалеченного, и думать об этом невыносимо, но шёпот в голове продолжает настаивать: ты знаешь, что именно так он бы и поступил. Знаешь, что ему плевать на последствия.

— Ты в порядке?

Шон касается моего плеча.

— Значит, все-таки чертов Карлайл? — повторяет Арт.

Глубоко вдохнув, я возвращаюсь взглядом к Шону — тот ничего не говорит, но смотрит напряженно, не пытаясь скрыть беспокойство.

— Я тоже думал об этом, — говорит он. — Ведь у нас осталось по крайней мере одно незавершенное дело. И оно в том же городе.

Мы с Артом молча глядим на него. Губы горят от того, что я искусала их до крови.

— Найти девчонку и забрать у нее пароль от файлов третьей лаборатории, — поясняет Рид.

Лицо Арта вытягивается от удивления:

— Ой, Шон, да брось. Пароль, что стоит на тех файлах, меньше чем за пару дней любой компьютерный гик вскроет. И не нужно тащится в самое пекло. На кой черт девчонка тебе сдалась?

Шон смеряет его красноречивым взглядом, но всё же покладисто объясняет:

— Ник дал ей слово. А значит, мы обязаны сдержать его.

Арт тяжело вздыхает и падает обратно на диван безвольным мешком:

— Почему всегда мы?

— Я бы тоже хотела помочь…

— Хорошо, — кивает Шон, но линия его плеч едва уловимо напрягается, подсказывая, что в глубине души он явно не согласен. — Выезжаем завтра утром, так что лучше бы собраться, — добавляет он и выходит из комнаты.

Арт медленно встаёт и шагает следом, а я съезжаю по стене под аккомпанемент скрипа закрывающейся двери. И только когда шаги в коридоре стихают, наконец разрешаю себе вдохнуть, всеми силами стараясь унять бешено колотящееся сердце. Потому что впервые за последние четыре недели уверена: мы как никогда близко.

* * *

Сегодняшняя ночь длится бесконечность. В груди ворочаются сомнения, что эта поездка — не столь хорошая идея, как изначально казалось, поэтому никто не спит, серыми тенями бродя по дому, скрипя половицами и погружаясь в собственные мысли.

До рассвета остается несколько часов. Я лежу в мерцающей темноте и смотрю в окно, где медленно сыпется снег. Боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть дремоту, но ожидание утра с каждой минутой становится все тревожнее, а сон окончательно тает, поэтому встаю с постели и медленно крадусь по коридору.